Читаем Стихия полностью

В какой-то момент я отключилась. Быть может, сознание захотело уберечь от меня от непрошеных слез, которые уже в первые секунды речи Греты были готовы пролиться. Я просто скользила взглядом по людям, замершим и напряженным, по бликам на воде, по цветастым лугам на другом берегу залива, а Хранительница что-то говорила, говорила… По-моему, упомянула Гроса, как же не вспомнить этого любимого ворчуна? Вещала про невинных жертв, и стойкость духа, и предстоящее всем восстановление и исцеление. Я вдруг осознала, что, как бы сильно в последнее время ни хотела вернуться домой, мне будет ужасно не хватать Греты. Этой загадочной, неоднозначной, сильной и в то же время мягкой женщины. Женщины, которая… Нет, конечно, не заменила мне маму, но подарила такое тепло, которое больше никто не смог мне дать. Одна коварная слезинка все-таки сбежала по щеке, и я судорожно вздохнула, изо всех сил стараясь сдержать рвущийся наружу поток слез. И тут же замерла, испугавшись, что это было слишком громко, но вроде бы никто, кроме стоящих рядом друзей, ничего не заметил. Максим сильнее сжал ладонь, приводя меня в чувство. Оказалось, что весьма вовремя — Грета закончила речь и собралась представить всем присутствующим нового Правителя Горной Долины.

— И в знак того, что с сегодняшнего дня и впредь наши Долины будут постепенно открывать границы, сотрудничать друг с другом и вместе создавать мирное будущее, со мной из Энарха прибыл новый Правитель Горной Долины — её превосходительство Зариан!

Так, постойте… Её?! Новым Правителем выбрали женщину? Под шепот неугомонного Яна «о-о-о, теперь полный матриархат» я все-таки повернулась к центру — раз уж нам ее представили, можно и мне выйти из стойки «смирно»?

Правительница Горной Долины больше оказалась похожа на Воина, нежели на аристократку, стоящую у руля правления. Чуть выше Греты, более загорелая, с иссиня-черными волосами, собранными в длинный конский хвост, небольшой горбинкой на носу и невероятными глазами, в которых словно плескалось жидкое золото. В отличие от Верховной Хранительницы, облаченной в белую версию стандартного балахона, Зариан оделась в военную форму темно-синего цвета. В мыслях тут же всплыл образ Крайма, но я постаралась его прогнать. Кстати, в отличие от Краймиуса, Зариан не надела никакой тиары. Может, она — Воин, и еще не привыкла к новой должности? Судя по ее внешнему виду, это весьма вероятно.

— Я благодарю всех вас за оказанное гостеприимство, — низковатым, но чистым голосом заговорила женщина, выйдя чуть вперед. — Наверное, немногие рады видеть здесь представителя вражеской Долины, развязавшей войну. Но мне больно так же, как и вам. За Ашьолой живут точно такие же люди, возненавидевшие войну и желающие только мира. Под предводительством Краймиуса, призвавшего в Миртран зло, наша жизнь изменилась. Он пожелал разрушений и смерти, и Горная Долина запустила бесконечную череду смертей. Но теперь, благодаря Воинам, Звездочетам, Хранителям, Людям — всем, а также Защитникам Миртрана, посланным нам судьбой, этот кошмар окончен. Мы восстанем из пепла и костей, чтобы творить другое будущее. Я приложу к этому все возможные и невозможные усилия. Теперь у Горной Долины есть помощь Хранителей Серебряной Долины, и я верю, что мы справимся. К сожалению, до недавних пор я была плененным собственным Правителем командующим и пока не научилась произносить долгие и красивые речи. Поэтому я еще раз хочу поблагодарить всех за выстраданный долгожданный мир и буду счастлива принять участие в священной церемонии.

Зариан слегка поклонилась и отступила на пару шагов назад. Несколько секунд томительной, абсолютной тишины, прежде чем Грета снова заговорила, показались мне вечностью.

— А сейчас мы услышим слова того, кто сыграл решающую роль в завершении войны. От лица всех Защитников Миртрана, призвавших в наш мир Святого Ангела, к вам обратится их командир.

Я ошибалась — тишина после речи Зариан была не абсолютной. Вот теперь, когда Максим подошел к центру, взяв у Греты какой-то небольшой камушек и зажав его в кулаке, набережную словно накрыло куполом, отрезающим звуки. Миртранцы задержали дыхание, ветер стих, а вода в заливе перестала накатывать волнами на каменные ступени. Или у меня от волнения просто заложило уши, что более вероятно. Максим сделал глубокий вдох и посмотрел на свои слегка дрожащие руки, не зная, куда их деть. В конце концов, он вытянул их по швам и поднял взгляд на людей.