Но в день своего рождения Алеся ещё не знала, каким с ней может быть Назар, когда его разозлить. Она поужинала с Никитой при свечах, он был мил и обходителен, много шутил, рассказывал о себе и спрашивал о ней, обычное приятное свидание, которое плавно закончилось в его постели, где Алеся всё же разделась, но не до конца, надев футболку, которую ей дал Никита.

— А может мне можно всё-таки побыть сверху разок? — подал голос Никита, когда она третий раз за ту длинную ночь хотела его оседлать.

— Нет, нельзя. — усмехнулась Алеся, сидя на нём сверху.

— Я впервые так кайфую, если честно. — улыбнулся он, нежно очерчивая пальцами её соски под футболкой. — Обычно надо потеть, мышцы напрягать, а тут просто лежу, ничего не делаю, так и привыкнуть недолго.

«Привыкнуть я тебе не дам, а себе тем более…» — думала Алеся, целуя его в шею и продвигаясь поцелуями ниже.

В ту ночь она сделал то, что не делала очень давно — осталась ночевать в чужом доме, спала в обнимку с мужчиной, а когда проснулась утром, то поняла — надо бежать, слишком уж было в его объятиях хорошо. Привыкнешь — потом долго отвыкать.

И всё равно она снова постучала в дверь его квартиры, и даже сердечко быстрее забилось, когда он ей улыбнулся при встрече.

Сидя рядом с Никитой, в кольце его рук, слушая как Катя поёт бессмертные песни Цоя, сама играя на гитаре, Алеся отчего-то думала о Назаре.

Она его разозлила, да так, что он неосознанно ударил по её самому слабому месту, заставив надеть платье, как символ её подчинения. Такие как Назар всегда сверху. Алеся решила, что так тому и быть, хочет — получит. Он что-то не оценил, как воды в рот набрал в театре, так и не смог выдавить из себя «извини», проблеял что-то насчёт того, что она не уродина в машине и «ты могла просто сказать…». Она и говорила, понятно и русским языком — «не дам», подкреплять это какими-то прочими пояснениями излишне. День балета был испорчен, зато квартирник получился замечательный, она снова осталась у Никиты на ночь, как и все его друзья, которые спали в остальных комнатах.

Когда Никита начал соблазнять её на секс, она сказала, что ей некомфортно, когда другие люди за стенкой. Он услышал её с первого раза и спокойно лёг рядом, обнял, уткнувшись носом в её волосы, и засопел через минуту. Вот, что значит безопасный и хороший парень…

Днём он вежливо начал справаживать на выход задержавшихся на завтрак и обед гостей и только Катя отказывалась уходить:

— А мне то куда идти? Я же у тебя остановилась! Мы же завтра в финку едем? — обиженно надула она губы.

— Катя, иди погуляй, часа два, пожалуйста, я тебе деньги на Эрмитаж или куда там ты хочешь, в карман положил. — улыбнулся Никита, впихивая куртку ей в руки.

Она обиженно посмотрела своими большими голубыми глазами сначала на него, потом на Алесю, потом снова на Никиту и сделала выводы:

— А-а-а-а-а, я поняла, вам потрахаться спокойно хочется, а я вам мешаю. — закивала головой она. — Мог бы просто сказать, Никитос, чай не один год друг друга знаем. У Тимурки в борделе до ночи потусуюсь, если что, Эрмитаж там рядом не валялся вообще. Я пошла, покеда!

— Какая интересная у тебя подруга. — улыбнулась Алеся, когда за спиной Кати закрылась дверь.

— Ещё какая, отбитая малость, но хорошая. — усмехнулся Никита, притягивая Стерву к себе.

Он всё-таки уложил её на спину, но не для того, чтобы быть сверху. Алеся почти целый час наслаждалась скрытыми талантами Никиты. Она читала в одном из женских журналов, что хорошие парни всегда самые старательные любовники и лучшие партнёры для орального секса. «А ведь правду пишут…» — думала Алеся, пока хороший парень Никита очень старался языком между её ног.

* * *

Алеся вернулась в отель ближе к вечеру, Никита не выпустил её из квартиры, пока она не согласилась надеть под пальто его свитер и шорты, от треников Миронова открестилась обеими руками.

— Вернёшь, когда придёшь в гости в следующий раз. — улыбнулся Никита, целуя её в губы, перед тем как посадить в такси.

— Верну. — пообещала себе и ему Алеся.

От Назара не было ни слуху, ни духу весь день, поэтому Алеся в выходной день оказалась предоставлена сама себе — немного почитала, выбрала ресторанчик, где хотела поужинать ближе к девяти, а пока решила заняться спортом. Сделав привычный комплекс упражнений, она приступила к растяжке, в дверь постучали. Алеся тяжело вздохнула, зная, кто за ней стоит. Потная с раскрасневшимся лицом она распахнула дверь — Бандерлог, что и требовалось доказать.

— Собирайся — идём бухать, можешь не прихорашиваться и только попробуй каблуки напялить, упадёшь пьяная, ещё сломаешь себе что-нибудь. — пробурчал Назар.

— А ничего, что от меня ещё и пованивать будет, что-то голову мыть неохота?

— Отличная идея, Миронова, значит твоей головой буду занюхивать.

Алеся захохотала на весь коридор, всё-таки чувство юмора у Назара было, может, что-то у них и получится в плане рабочих отношений. Почему бы не начать их с совместной попойки?

<p>Глава 12. Стерва не пьёт</p>

— Я вообще-то не пью. — осторожно заметила Алеся, когда они вдвоём спускались в лифте.