Читаем Степной дракон полностью

Басмач лишь сплюнул вслед. Нагляделся он в свое время на господских слуг, нет ничего хуже ничтожества с мелкой душонкой под крылом богатея. Прям персонаж из сказки про Алдар-Косе или Ходжу Насреддина. Хотя, какое ему дело? Они сами по себе злобные Буратина. Главное, чтобы этот океанский танкер в белом халате и с одышкой поставила парня на ноги.

А хозяин стойбища все же «подслушивал», раз местный лекарь подоспела вот прямо когда надо. М-да, дела.

Басмач решил, пока есть время, насколько возможно рассмотреть стойбище Адырбая, благо никто ему в этом не препятствовал. Явно бывший колхоз или совхоз, ну или крестьянское хозяйство. Ведь коровники из красного кирпича не вчера построены, им сто лет в обед. Людей много, но в основном мужчины: черные от загара, поджарые, крепкие – настоящие степняки. Всадники на низкорослых лохматых коняжках пригнали отару овец и загнали в просторный загон.

Пацанята лет по тринадцать-пятнадцать, весело улюлюкая, побежали встречать пастухов, принимая коней под уздцы, расседлывая животных. Затарахтел старый двигатель, над ближним сараем поплыл синеватый дымок, и вслед за этим в длиннющий лоток в овечьем загоне из тонкой трубы полилась вода. Явно мотопомпу завели – цивилизация, однако. Где только горючку берут, вопрос…

Прогулявшись из конца в конец, ничего примечательного бородач не заметил: селение как селение. Много скота, много работников, снуют туда и сюда. Крепкое хозяйство, что ни говори. Большое, спору нет, со своими огородами. С делянкой вызревшей, но еще не убранной кукурузы на глазок эдак в половину гектара. Сытно местные живут, наверняка.

Лишь только скотины многовато для прокорма стольких поселенцев и хозяина-гиганта. И низкий забор, совсем.

Вокруг стойбища не оказалось высоченной, в три-четыре метра толстой стены с дозорными вышками и крупным калибром, как в любом городище, а лишь сложенная из самана и обмазанная глиной изгородь ну максимум по грудь. Местный хозяин и господин Адырбай-хан явно не опасался ни страхолюдной живности, ни лихих людей. Сильный мутант, оно и понятно. Наверняка силой мысли разгоняет по норам всех местных страховидов. Но Басмач все же заметил во время разговора, что хозяин чего-то боится. И смутно догадывался чего, а, вернее, кого.

Прохладный ветерок чуть поутих, зато разогнал тучи. Выглянуло солнце. Жидкая грязь в загонах тут же стала па́рить. Басмач же не находил себе места. Все встреченные так или иначе были при деле, Басмача вынужденное безделье угнетало. К блеянью овец и гомону ребятни, гонявшей подобие мяча из свернутой шкуры, примешался звонкий цокот. Басмач пошел на звук.

Обойдя длинное низкое здание, некогда бывшее коровником, он вышел на прямоугольный дворик с ушедшим в землю по середину катков гусеничным трактором. Явно советское наследие. Плоская дырчатая радиаторная решетка с двумя шкивами на самом «носу», буква «К», вписанная в большую шестерню, угловато-квадратная кабина, еле видная под ржавчиной надпись «Сталинец-80» на капоте и полное отсутствие гидравлики! Естественно, один из первых – после Великой Отечественной – тракторов Кировского завода, гидропривод – роскошь. Массивный нож-отвал на толстенных балках приводился в движение попросту тросом, простейшая маятниковая система. Правда сам трос от времени и ржавчины теперь больше походил на ежа из-за торчащих в стороны бурых проволочных игл. А звонкий перестук слышался уже совсем близко.

Кузня обнаружилась неподалеку.

Одноэтажная постройка из вездесущего красного кирпича, с распахнутыми настежь двустворчатыми воротами. Скорее всего кузня здесь была еще со времен колхоза-совхоза. Тому подтверждением был горн с когда-то электрическим поддувом и массивная станина механического молота. Седобородый, с головой, повязанной платком, голый по пояс коваль со звонким «дзанг» раз за разом опускал молот на малиновую от жара железяку.

Вид у кузнеца был совсем уж былинно-богатырский: широкий, мощный. В могучих руках тяжеленный молот так и порхал. Наверное, не будь коваль казахом с чуть раскосыми глазами, его вполне можно было принять за Илью Муромца. Помощника-молотобойца рядом не оказалось, то ли деталь была не сильно крупной, то ли еще чего. Только мальчик лет двенадцати время от времени подпрыгивал на кожаных мехах, раздувая угли в печи.

– Ассаламу-алейкум, – приветствовал Басмач, чуть поклонившись.

– Ва-алейкум-ассалам, – кивнул кузнец, отложив молот и вытирая пот. Басмач присмотрелся: на вид коваль был старше его самого лет на десять-двенадцать максимум.

– Можно, – Басмач кивнул на закопченную наковальню, – помогу? – Кузнец не ответил, лишь прогрохотав железом на верстаке, выудил средних размеров молот и протянул. Басмач скинул плащ и взялся за кувалду.