Читаем Степной дракон полностью

Басмач же слушал это на бегу. Обогнув здание «больницы», побежал по внутреннему двору, постепенно перешедшему в узкое пространство между стеной строения и забором. Завидев пожарную лестницу метрах в трех над землей, с ходу подпрыгнув, повис на нижней ступеньке. Адреналин, литрами вплеснувшийся в кровь, видимо, уже ослаблял свое действие, рана на груди словно взорвалась. Он чуть не разжал пальцы, но рывком перескочил на ступеньку выше и, быстро перебирая руками и ногами, взбрался на плоскую бетонную крышу.

Вход на чердак – плоский ржавый люк – виднелся метрах в десяти. Внизу затопали сапоги. Басмач упал на бетон и даже престал дышать. Там была погоня, кто-то переговаривался.

– Да, не, высоко… – с сомнением донеслось снизу. Басмач напрягся, прижал автомат, готовый выстрелить, если железо загромыхает под сапогами.

– Найти нарушителя! – гаркнули во все горло. И дробный топот стал удаляться. Невдалеке ударил автомат – наверняка кто-то из освобожденных пленников все же выжил, хоть и ненадолго.

Басмач зажал в зубах ремень автомата и рывком вправил вывихнутый палец, глухо застонал. И лишь тогда позволил себе расслабиться. Сознание тут же померкло.

Басмач очнулся от хлеставших свинцовой дробью капель. Дождь был холодный, и быстро выветрил туман из головы. Он любил вот такой – спокойный – дождь, без бьющих в землю злых молний, без раскатов оглушительного грома. Просто низкие тучи, притихшая природа, и шелест льющейся воды.

Такое хорошо наблюдать из сухого укрытия, в тепле, с вкусно парящим котелком над огнем.

Басмач ощупал рану, под пальцами ощущалась шершавая короста, он поднес пальцы к глазам. Крови не было. Странно. Огнестрельная рана не может так быстро затянуться, без обработки, без перевязки. А сколько он пробыл в отключке? Жаль, нет часов. Да сколько бы не пробыл, раны так не затягиваются. Кого благодарить, старика «Пирогова» со шприцем?

С трудом поднявшись с холодного бетона, сел, мотнул головой, сжимая кулаки. В руках проснулась слабость, та самая, противная. А еще руки дрожали. Басмач еще раз тряхнул головой и пополз к противоположному краю крыши. Кряхтеть по-стариковски про болячки можно и в другое время, а сейчас важно заняться делом.

Он выглянул над высоким бортиком: внизу раскинулся двор. Нет, целый город. Тут и там в четком порядке расположились строения, склады, бараки. Метрах в ста виднелось нечто вроде гаражей или мастерских: с поднятыми капотами ютилось несколько разнокалиберных автомобилей. А совсем далеко, торчал край решетчатого забора. Помимо запаха дождя и мокрого асфальта тянуло едкой вонью и изредка долетало «хру-хру».

Но свинарник Басмача вообще не интересовал. Интереснее был ангар. Это строение с ребристыми, покатыми стенами, выбивалось своей округлостью из всех угловатых строений внутреннего двора. Водитель-ученый Сидерский упоминал ангар как вход в логово. Значит, стоило это проверить.

Назар пробирался через завал из непонятного хлама, когда послышалась суматоха, крики, топот и стрельба, которая, впрочем, быстро стихла. Наконец выбравшись из завала гнилых досок, он выглянул из-за угла: по асфальту двое солдат в черном тянули за ноги полуголый труп. Голова мертвеца с глухим стуком подпрыгивала на выбоинах и неровностях, прямо как мячик. Назар подумал, что тащат тело Басмача, но, приглядевшись, понял, что нет, не похож. Слишком сухой и обросший, хоть и с бородой. Басмач был хоть и бородат, но лыс.

Солдат здесь было много и все они по двое-трое, держа оружие наготове, заглядывали в окна, дергали двери. Один пошарил стволом автомата под стоящим грузовиком, а затем, нагнувшись, заглянул сам. Они кого-то искали.

У него мелькнула надежда, что Басмач выжил. А раз так, его не смогли бы удержать. Назар был уверен, что такого человека не возможно удержать ни оружием, ни клеткой. Вот только перед воротами, Басмач упал и не двигался…

Назар вышел из укрытия, и тут же его окликнули:

– Эй, ты. – Он быстро обернулся на голос, схватившись за ППШ и выискивая его источник.

– Ты, эта, свои, спокойно! – чумазое лицо мужика с округлившимися глазами торчало из-под полуразобранной машины. Выйдя из-за угла, Назар не заметил механика. Но тут же сообразил:

«Я ж в форме, он принял меня за своего. Блин, как бы Бес не кинулся!» – Назар повесил автомат на место и молча уставился на мужика.

– Слышь, подай ключ на «22». Понимаешь? Ключ? – видя замешательство «солдата», добавил: – Тля, вам все мозги посжигали и ни хрена кроме мочилова не понимаете. – Назар поискал глазами, куда указывал механик – облезлый железный ящик с инструментом, – и вытянул из звонкой кучи плоскую железяку с выбитой цифрой «22». Сунул в протянутую чумазую руку и быстро зашагал вдоль шеренги полуразобранных колымаг.

– Спасибо! – послышалось за спиной. А следом испуганное «ой». Бес вынырнул из-за мастерской и пристроился рядом с Назаром.

Назар, не оглядываясь, быстрым шагом пересек открытое пространство двора – благо никого из солдат уже не было видно. Может, не любили дождь? Так он тоже не очень жаловал затекавшие за шиворот холодные струи.