Читаем Степной дракон полностью

Басмач развернул карту деда: в той стороне располагался сам полигон. В оптику, и правда, виднелись какие-то торчащие посреди равнины многоэтажки, непонятные торчащие столбами надолбы. Они казались большими, высокими даже на таком расстоянии и тянулись до самого горизонта по прямой, как по линейке.

Только один, самый дальний столб, казавшийся точкой, выбивался из общего порядка и стоял обособленно. Расстояние – что-то около десятка километров – было слишком велико для слабенького бинокля, и подробностей рассмотреть не удавалось. Басмач отнял окуляры и протер слезящиеся на солнце глаза: точка, только что видневшаяся на горизонте, вдруг исчезла. Но так не бывает.

Он снова приложил оптику к глазам.

Точка появилась, но уже чуть правее. Она двигалась, хоть и медленно.

– Назар! – громко скомандовал Басмач. – План меняется. Прикопай все лишнее, с собой только оружие. Есть новый план!

Бежать по солончаку было тяжело, нет, очень тяжело. Тонкий слой высохшей глины с хрустом проламывался под подошвой, и нога проваливалась. Пот катился по лицу, заливая глаза, которые беспрестанно атаковали назойливые мухи, так и норовившие усесться на самый зрачок. Набухшая печень давила в боку, будто пытаясь прорвать преграду из мышц и кожи, чтобы выбраться наружу. Да, а еще вовсю наяривало солнце.

Под ногой Басмача, свернувшись кольцами, зашипела змея, но в воздухе только свистнул клинок мачете и ползучий гад отлетел в сторону двумя неровными кусками.

– Вперед, парень. Немного еще, – Басмач на бегу подбадривал Назара, но самому уже не хватало воздуха. Выучка конечно выучкой, но возраст и подоспевшие болячки никто не отменял. В груди закололо очень уж неприятно, и бородач от греха перешел на шаг. Рядом, закашливаясь и чуть не падая, брел Назар.

Басмач посмотрел на парня:

«Кашель возвращается…» – вслух же сказал:

– Там, вон, видишь камень? – он ткнул пальцем в сторону торчавшего над землей двухметрового горба из ноздреватого бетона. – Там заляжем. Ну его… отбегались.

Доковыляв до места, оба рухнули на землю тяжело дыша.

– Машина по своим следам идет, думаю… – Басмач смахнул пот, скопившийся на бровях. – Будешь стрелять… водителя не трогай. Понял? – Назар кивнул и закрыл глаза. Но тут же закашлялся, выплюнув в желтую пыль нечто склизкое, зеленое с кровавым. Бородач только искоса посмотрел, но сделать ничего не мог: болезнь снова давала о себе знать. Прогулка в сыром подземелье не прошла даром, наверняка.

Они еще толком не успели отдышаться, как послышалось натужное рычание двигателя. Машина была еще далеко. Басмач подполз к самому краю бетонного основания этой непонятной конструкции, и выудил из чехла бинокль.

– Их там трое всего, и с машиной чего-то не так, едут медленно. И по следу. – Он перевернулся на спину и прикрыл глаза. – Водителя не трогай и машину не повреди.

– Да понял я, – отозвался Назар, переложив ППШ на грудь. – А как машину останавливать, если не трогать?

– Увидишь. Только меня не подстрели, – отозвался Басмач и полез в карман плаща. На солнце блеснуло золотом донце гильзы с торчавшим хвостом фитиля. – Вернее, услышишь. Ты главное тех двоих сними, они позади, в кузовке стоят. Прямо как в тире…

Рычание тем временем становилось оглушающим. Басмач скинул рюкзак, двустволку, и вытащил ТТ. Пистолет он так и не проверил, но стрелять сейчас и не собирался. Если что, мачете и ножа хватит с лихвой.

– Пацан, подпусти поближе. Метров на тридцать. Стреляй черных в грудину, чтоб шлем целый остался. Я кину петарду, жахнет громко, но ты не пугайся. Я… я прыгну на водилу и остановлю колымагу, скорость плевая.

Назар выставил из-за камня дырчатый ствол ППШ. Машина постепенно росла в прицеле. Первой попалась голова водителя, сквозь мелкую решетку, заменявшую лобовое стекло, белело лицо. Назар удивился, ведь до сих пор солдаты Айдахара ходили в глухих шлемах, как и те двое, что ехали в кузове, позади кабины.

– Ближе подпусти, – прошипел Басмач. Назар хотел уже было ответить что-то резкое, бородач ему поднадоел со своими указаниями, но передумал.

Басмач взвесил хлопушку в руке, подумал, и отломил часть фитиля. Приготовил охотничьи спички и чуть высунулся из укрытия: он ждал стрельбы Назара. Коротко затрещал автомат, один из черных, вскинув руки, перелетел через низкий борт. Басмач чиркнул спичку, поджег фитиль и бросил хлопушку, метя на широкий капот машины. С фитилем он видимо переборщил, самодельная петарда оглушительно разорвалась еще в воздухе.

Но подействовало, автомобиль вильнул в сторону, почти остановился.

Пора. Басмач со всех сил кинулся наперерез машине, и с ходу запрыгнул на капот. Стрельбы Назара он больше не слышал, а второй солдат выпрыгнул из-за кабины как черт из табакерки, целя из «калаша». Басмач, не долго думая, вскинул ТТ. Хлопнул выстрел, и боец в черном, схватившись за горло, повалился в кузов.

– Тормози, сука! – зарычал бородач, просунув пистолет между прутьев прямо в лицо водителя.

– Не стреляйте! – испуганно заверещали из кабины. Машина, клюнув носом, остановилась.

Назар раздевал уже второго мертвеца, и морщился: воняли они жутко.