Читаем Степанакерт-Сага полностью

Глаза высматривали формы гранитных придорожных исполинов, а в голове проворачивалась обрывочная мешанина недодумываемых до конца мыслей —

…что Ашот, как и все оболтусы его возраста, тащится от Эминема, но все равно «Битлз» лучше, хоть я от них уже и не тащусь…

…что в английском языке можно выделить 5 видов существительных и сделать на эту тему интересную data base программку…

…что это Михаил Задорнов научил публику уму-разуму: хочешь пробиться в жизни – уважительней отзывайся про евреев…

…может, не такая уж и ахинея та сфабрикованная царской охранкой программа…

…это же так просто – заведи себе здоровую привычку везде и во всех обстоятельствах говорить приятные вещи про вышестоящего и когда-нибудь, где-нибудь, от кого-нибудь до него дойдёт и – твоя карьера обеспечена…

…но мне не светит воспользоваться этим способом – в студенческие годы я побил еврейского юношу, который начал распространять похабные слухи про невинную девушку и мои с ней эксцессы, а пару недель спустя она мне сказала: «До чего ж он точно предугадал, что мы и так будем заниматься этим!»…

… потом его с папой выпустили в Израиль, но они туда так и не доехали, осев в Канаде, а она вышла за офицера, едущего служить в степях братской Монголии…

…в общем, поздно мне заниматься карьерой – мне б только с Unix’ом разобраться…

…столько этих языков развелось, а великий и могучий обмелевает иссякаючи: из огня ка́лек вроде: «имплементация узуса креативной активации превентирует пессимизирование менталитета», да в полымя приблатнённого суржика типа «отрывайся по полной», вот и поди выбирай – что лучше…

…из радетелей и борцов за чистоту языка всего-то и остались, что Рафаэл Вартанович из госуниверситета да русский отдел редакции “Демо”…

…если «кря» на армянском – «черепаха», значит «креативные игры» – «секс черепах»?..

…и как это римские легионеры ходили в походы в сандалиях на босу ногу?..

…вряд ли их старшина раздавал им носки китайского производства с надписью «нога – корень здоровья»…

…и всё-таки скульптуре людей обучала сама природа: ты только посмотри на ту скалу – готовая ухмылка шимпанзе, ничего добавлять не надо и убрать невозможно…

…столько экспрессии!.. или вон тот монстр в засаде…

…эти теле-ужастики такой наивняк – не пауки, так волчьи пасти; зачем далеко ходить-то, да прицепи ты яйца вместо носа и станет ужасно до блевоты…

…самая жуть – рассказ Франка, как в голодающей крестьянской семье зарезали собственного сына, чтоб остальным выжить на похлёбке…

…мать держала миску под горлом, чтоб кровь не пропадала зря, тоже ведь съедобна, и никаких тебе инопланетян…

…есть кошки, что пожирают собственный приплод – ничто человеческое мне не чуждо…

…человека можно довести до чего угодно – хоть вертухаем быть при крематории, хоть стать самосожженцем за правое дело…

…да никаким ты матом не склеишь воедино людей, где Великий Вождь «пиковой масти» пьёт тост за великий русский народ, а на лагерных вышках чурки с автоматами в погонах внутренних войск…

…а на шоссе-то, по сравнению с прошлыми годами, всё больше легковушек с тегеранскими номерами…

…xотя вот тебе и российский «Е-ХУ» с дымчатыми стёклами…

А потом распахнулся вид Степанакерта и просторной долины до Аскерана, а уже пониже Шуши, на подходе к танку-монументу, который Эмка однажды нежно назвала «наш танчик», меня догнала и притормозила видавшая виды, но хорошо ухоженная «лада», и Давид, сидевший за рулем, сделал мне знаками предложение, от которого я не мог отказаться.

Дома, на мой звонок от калитки, Эмка выбежала во двор и, конечно, тут же вытащила Пушка из загородки.

Эмма Аршаковна смотрела телевизор. Рузанна спала под дремотную тишь дня за окном.

Я зажёг газ в парной, приготовляясь к радикальной оздоровительной программе, планы которой вынашивал последние 4 дня.

Потом пришла Сатэник и на мой вопрос, как ей отдыхалось без меня, сказала, что соскучилась.

Вскоре пришли её сестры: одна с дочкой, другая – с внуком.

Потом они взяли Рузанну и вышли все вместе гулять. (И охота же ходить людям!)

Потом Ашот пришёл домой и ему явно пришлось по сердцу, что в тетрадке, которую я брал с собой для растопки костров и прочих надобностей, я обнаружил его стихотворение и принес его обратно, не пустив в расход.

Потом я сидел на диване и послушно смотрел телевизор – всё что покажут.

Сатэник с Рузанной вернулись с прогулки.

И наступила ночь, когда небо преклонилось к земле, а время с пространством сплелись и перемешались в неистово колокольных всхлестах смятенно зыбкой непостижимости, потому что, если Сатэник в ударе, то все утончённо ремесленнические ухищрения Востока и наитехничнейшие взлеты куртуазных искусств Запада, как  и прочие Кама-Сутры любых климатических поясов, эпох и видов, рядом с ней, типа, груда щебня в сравнении с Кирсом…

Потом, в знакомой темноте, я слушал тихий шепот дождя за оконным стеклом и думал, что вот отлежусь и пойду жить дальше.

Степанакерт-Кирс-Степанакерт, 17-24.08.2005

От редакции: