Читаем Степанакерт-Сага полностью

Строго говоря, данная поделка не вписывается под заголовок Части 2-ой: “За городской чертою”, однако, если очень хочется, всегда найдёшь чем оправдаться, хотя бы тем, что она никогда не печаталась в Степанакерте, а только лишь в ереванской газете “Новое Время”, о чём её редактор впоследствии горько пожалел… за городской чертою…

Туман опустился на Степанакерт в ночь с 21 на 22 марта. В ночь покушения на президента НКР Аркадия Гукасяна.

Правда, тогда горожане ещё не знали что это такое было и в кого стреляли. Только в кварталах прилегающих к "Розовому Дому"—зданию бывшего горсовета—слышна была ожесточенная пальба очередями.

Где-то заплакал ребенок; "Мама, я боюсь, наверно, опять война!"

Наутро 200-метровый отрезок улицы Ереванян был оцеплен автоматчиками в сизо-сталистой форме. Маршрутки весь день делали крюк в объезд квартала, пешеходам приказывали проходить не задерживаясь.

В глубине оцепленной улицы сквозь изморось и туман виднелась лоснящаяся черная туша "мерседеса" и белые полосы коры сшибленой им пихты на газоне у книжного магазина.

Недоумение непосвященных развеивалось по приходу к месту работы. Сотрудники встречали друг друга вопросом: "Слыхал про президента?"

Далее излагались слухи: водитель с телохранителем в тяжелом состоянии, у Гукасяна ранения в ноги. Самвел Бабаян – бывший командующий и непримиримый оппонент Гукасяна – арестован. Арестован также его брат, мэр города Карен Бабаян и зять их – Гурген Нерсисян.

Вскоре эти слухи подтвердились программой теленовостей московского канала.

Оцепление держали целый день под моросящим дождем, что смывал все следы, падая из невидимых за туманом туч. Телохранитель лежал в "коме", с простреленной сонной артерией. Нелётная погода исключала транспортировку в Ереван вертолетом. Репортёры местных средств массовой информации слагали абзацы о "чудовищном преступлении против А. Гукасяна и арцахского народа".

В обиходе газетчиков и политиков есть такая удобохватаемая фишка – "народ". Очень выгодная им фишка, когда все множество людей—таких несхожих и разных—увязывают, впихивают и утрамбовывают в удобное для манипуляций словцо единственного числа – "народ". А единственное число едино в своих действиях, симпатиях, порывах. Фишка – она фишка и есть.

С людьми куда как сложнее. У каждого своё направление, несовпадающие интересы, взгляды. И занятия тоже разные.

Наутро после покушения люди жили каждый своей обычной жизнью. Старая гвардия зелёного хозяйства сажала деревца в тротуарные скважины. Работяги замешивали раствор и подносили кубик для кладки очередного магазинчика. Студенты прогуливали лекции. К исходу дня в республиканском шахматном клубе собрались пенсионеры и просто любители. Но, хотя разговоры вращались вокруг одной и той же темы, отношение людей к случившемуся, несмотря на определённую долю встревоженности, оставалось, вобщем-то, наплевательским. Всё это – политика, а народу давно и глубоко плевать на политические перипетии. Своих забот хватает.

Впрочем, не стоит спешить с объявлением безразличия всенародным чувством. В народ ведь входят и родственники политиков: и тех, что у власти, и тех, кого потеснили пришедшие к власти. Эту часть народа события миновавшей ночи эадели за живое, вселяя в кого-то неотвязную тревогу и озабоченность, а в ком-то всколыхнув надежды и предвкушения.

Но в общем, повторяю, люди пережили это событие штатно. И это хорошо, когда каждый делает своё дело. Такой народ здоров. У такого народа стабильное будущее. При условии, что всяк занят чем ему надлежит. Кто-то сажает, кто-то мешает. Каждому – своё. Аналитику же положено анализировать. В этом его долг перед народом.

Коренное отличие аналитика от представителей прочих специальностей в том, что он должен отвечать на самый неразрешимый вопрос: почему?

Почему это произошло? Палец нажал курок. Почему? Таким был заказ, или приказ – без разницы. Почему заказали? Такое было принято решение. Почему? Чьё?.. И попробуй найти ответ бесконечному "почему?"

Легко ли быть аналитиком? Вобщем, невелика хитрость.

Берём доску, ставим на неё фигуру – это президент НКР, он же Аркадий Гукасян; добавляем ещё одну, такого же цвета, – это премьер-министр НКР, он же Анушаван Даниелян, и третью, им в масть, но чуть в сторонке, – Роберт Кочарян, президент Армении.

Теперь располагаем пару фигур противоположного цвета – братья Бабаяны, бывший министр обороны НКР – Самвел, и нынешний мэр Степанакерта, но тоже уже арестованный – Карен.

В некотором отдалении отводим место фигуре третьего цвета – она представляет Азербайджан с его покровителями и сателлитами. И, наконец, в дальнем верхнем углу фигуру неопределимого цвета—до того она пёстренькая—но такую неотменимую фигуру России, в сферу чьих интересов входит, по геополитическому умолчанию, данный регион.