Читаем Стенание полностью

Стать убийцами, ночью бежать со двора

И скрываться, в тюрьму угодить не желая!

Кто виновен? Сужу и никак не пойму:

Каждый год наши горести множит и множит,

И одно только ясно уму моему,

Что подобная жизнь продолжаться не может.

Этот – вольничать вправе, другой же – ни, ни!

Слова молвить не смей для своей обороны!

Я не смыслю, но ты, книгочей, объясни:

Что за бог предписал нам такие законы?

У простого и знатного – вера одна,

Что мужик, что помещик – армяне же оба!

Одинаково кровь у обоих красна.

Разве меньше сноровки в руках землероба?

Все дозволено знати, я ж должен молчать…

Эх, мой гость, не тревожь наболевшую рану,

Лучше мне на уста наложить бы печать,

А не то я гачахом, разбойником стану!..

Он затих. У костра мы сидели. Река

Клокотала в ущелье, в глубинах провала,

И дыхание ветра ночного слегка

Нас касалось и холодом нас обдавало.