Читаем Стекляшки полностью

а туда ли они бегут. Так ли им нужно то, к чему они так стремятся. А не простые ли это

стекляшки, не бутафория ли то, что мне кажется бриллиантом. Сейчас вот они шли в

окружении своих близких и ощущали эту жизнь, ее ценность. Я была этого лишена, но я шла с

милым парнем, который рассказывал мне о своих любимых играх, о фильмах, которые ему

понравились. И хотя многое, о чем он говорил, мне было незнакомо и неинтересно, я

внимательно слушала, потому что я видела, что он старается мне понравиться и показывает

искренние эмоции. Я ощущала, что разговариваю с живым человеком. И это удивляло.

Когда мы дошли до подъезда, возникла неловкая пауза, потом признания в том, что вечер

удался. Я уже чувствовала усталость, поэтому хотела уйти. Он решился попросить номер

~ 56 ~

телефона. Я продиктовала. И в завершении он поцеловал меня в щеку, и я ушла. С твердой

уверенностью никогда с ним не встретиться.

Глава 20

Обычно я никогда не принимала душ в клубе. Само по себе нахождения в этой душевой

кабинке вызывало у меня легкое отвращение, совмещенное со страхом. Но сегодня был

сложный день. Мне пришлось пробыть долгое время в университете, потом еще были

занятия по физкультуре. Мне нужно было сдать нормативы. А душа у нас в зале не было.

Заехать домой у меня не получилось, и я прибежала сразу в клуб. И у меня было огромное

желание освежиться. Насколько я успела заметить, в зале еще никого не было. Я решила

этим воспользоваться и принять душ. Вода была теплая и приятная. Я сразу же

почувствовала освежающую легкость по всему телу. Я с детства любила воду. Для меня

вода–это что–то космическое, в ней сосредоточены огромные потоки энергии. Когда я

соприкасаюсь с водой, то как будто ухожу в другую реальность. Освежившись, я

завернулась в полотенце и вышла из душа. И тут я на кого–то наткнулась. От

неожиданности я вскрикнула.

– Извините, – сказал мужской голос. В коридоре было темно, но я разглядела, что это был

молодой парень. Ничего не ответив, я прошмыгнула в раздевалку и заперла дверь. Я очень

испугалась. Я подумала, что это кто–то из гостей случайно забрел в служебное помещение.

Придя в себя, я переоделась и вышла в зал. И тут передо моим взором снова оказался этот

молодой человек. Он стоял у барной стойки и разговаривал с барменом. Смуглый, с

темными волосами, широкоплечий, это был очень симпатичным мужчиной. Он повернулся в

мою сторону, и я резко одернула голову. Я смутилась, сама не понимая почему. Тут ко мне

подлетела Алла.

– Смотри, – сказала она, указывая на этого парня, – это наш новый охранник! Посмотри,

какой он хорошенький, не правда ли?

–Ага, – как–то совсем не связно промычала я в ответ.

Тут к моей радости прозвенел звонок. Кто–то пришел. Все разошлись по местам.

Включили музыку. Лена подошла ко мне и сказала:

– Ты после Аллы.

Я села в сторону, чтобы меня не было заметно. Я старалась смотреть на сцену, но голова

как–то автоматически поворачивалась в сторону барной стойки. Я смотрела на этого парня.

У него было какое–то еще совсем детское лицо и живые глаза, в которых светился

юношеский задор. Он не был похож на наших посетителей. В нем еще была жизнь. Он

пристально смотрел на сцену, не отрывая глаз. Но в этом взгляде не было ни капли

пошлости или похоти. У него был взгляд ребенка, который первый раз увидел цирковое

представление.

~ 57 ~

Вдруг осознав, что мои мысли совершенно не о том, я отвернулась и стала смотреть на

сцену, где все еще танцевала Алла. К сожалению, она не прогрессировала в танце. Движения

ее оставались такими же однообразными, как и в тот день, когда я впервые увидела ее

танцующей. И лишь ее кукольное личико спасало ситуацию. Ей давали чаевые явно не за ее

пластичность.

Между тем я стала привыкать к сцене. И мне хотелось освоить технику танца на шесте.

Но мне в основном ставили ритмичную музыку, которая не предполагала шеста. Но все-таки

кое–какие успехи у меня уже имелись. У меня даже появились собственные поклонники,

которые утверждали, что я танцую лучше всех. А приходят они исключительно для того,

чтобы посмотреть, как я танцую. Хотя я уверена была, что это ложь. Негласное правило всех

девушек, работающих в таких заведениях: не верь никогда тому, что говорят посетители.

При свете дня их слова превратятся в прах.

Но на этот раз танцевать мне было не совсем удобно. Новый охранник смотрел на меня

вплотную, не отводя глаз. Его взгляд смущал меня. Мне казалось, что мои движения

нелепые, что я совсем не попадаю в такт с музыкой, и мои руки и ноги не слушаются меня.

И мне казалось, что это видят все. В последнее время я освоилась, и работа приносила мне

большое удовольствие. Порой я забывала даже, что с подвигло меня устроиться сюда. Это

вносило в мою жизнь остроту. В детстве я мечтала как–то, что стану актрисой и тайным

агентом, а сейчас я иногда чувствовала себя так, будто все это сбылось. Но сейчас мне

хотелось провалиться сквозь землю. Время тянулось долго, как и всегда, когда что–то

ждешь. Я ждала знака о том, что могу уйти со сцены, но его не поступало. Лена, как мне

казалось, совсем забыла обо мне. Наконец, я увидела, что меня идут заменить и сбежала со