Читаем Статус человека полностью

В бытовом отсеке "махаона" осязаемым душным одеялом висели полумрак и тишина. Мыдза и Гарвен спали в своих коконах, еще три кокона пустовали. Под слабо светящимся ночником на столике стоял обед на одного человека. Ярек только покосился на него - один вид обеда вызывал тяжесть в желудке - и принялся быстро одеваться. Одевшись, он все же пересилил себя, налил стакан томатного сока, густо посолил и выпил. Затем тихонько, чтобы никого не разбудить, открыл дверь и вышел.

В рубке было светло и просторно. Прозрачный пол создавал иллюзию, что ты ступил просто в воздух и сейчас рухнешь со стометровой высоты в проплывающие под тобой снежные барханы.

- С добрым утром, - ехидно приветствовал его Сунита. - Что это мы такие зеленые? Нас никак укачало?

Ярек кисло поморщился, буркнул что-то в ответ и прошагал к Сингурцу, сидевшему в кресле пилота.

- Как дела? - спросил он, остановившись за спинкой кресла.

Сингурц обернулся.

- Нормально, - сказал он, вставая с кресла и освобождая место. - Ни тебе восходящих потоков, ни нисходящих. Ни вихревых. Чудо, а не атмосфера. Даже скучно. - Он потянулся и зевнул. - Садись.

Ярек молча кивнул и сел в кресло.

- Иди отдыхай, - сказал Сингурцу Ноали. - Возможно, ночью будет вахта.

- А! - отмахнулся Сингурц. - При такой погоде мы еще к вечеру будем на базе.

- Если мы идем верным курсом.

- Да, если мы идем верным курсом,-согласился Сингурц и направился к бытовому отсеку. - Спокойной вахты!

- Там на столе обед, - бросил через плечо Ярек. - Поешь.

- Спасибо, - поблагодарил. Сингурц, закрывая за собой дверь.

- Почему не разбудили? - недовольно буркнул Ярек.

- Вы так сладко спали-с! - прыснул Сунита.

- Прими тоникамид, - посоветовал Ноали.

- Спасибо, уже, - ответил Ярек, внимательно вглядываясь в панорамный экран заднего обзора.

Сзади, с интервалом в двести метров, мерно покачиваясь в автономном режиме, шли еще два "махаона". Последний через каждые пять километров отстреливал в вершины барханов вешки для разметки пути. Обычно "махаоны" совершали свои рейды между академгородком и базами "Северный полюс" и "Юго-Восточный хребет", перевозя грузы и людей, в автоматическом режиме по пеленгу. Но сейчас это стало невозможно. Любая связь, кроме кабельной, не работала, и даже обыкновенный компас в свернутом пространстве не хотел ничего показывать. Когда же стали готовить бригады специального назначения для демонтажа станций и .их переоборудования под школы-интернаты, то обрисовалась весьма плачевная ситуация. Картографическая съемка снежанской поверхности в свое время была отправлена на Землю, а ее копия, записанная почему-то лазерным способом в магнитном объеме, а не в обычной кристаллозаписи, не выводилась из памяти информатория все по той же причине, по которой отсутствовала и связь. Такое безгранично-беспечное доверие к биоэлектронной технике привело к тому, что никто и приблизительно не знал не то что расстояния до станций, но даже в какой стороне они находятся. Говорят, что Кратова, когда он об этом узнал, чуть не хватил удар. Он грозился разогнать всю картографическую группу, но оказалось, что ее на Сне-жане вообще нет. Съемку производили студенты Картографической службы, которые, сделав разметку академгородка и баз, отбыли на Землю, забрав с собой все материалы для оформления курсовых работ. И теперь путь к базам приходилось прокладывать заново, из-за отсутствия связи наобум, оставляя на своем пути вешки.

-Да, так, кстати, об анекдотах, - продолжил Сунита прерванный сменой вахты разговор. - Года три назад вольный бард Юрата Барвит провел на Снежане оригинальное исследование по возникновению и распространению анекдотов...

- Тот самый? - удивленно спросил Ноали. - Провозгласивший себя вдохновителем течения нового романтизма?

- Не знаю. Наверное. Я в поэзии не очень-то силен. Где он сейчас, что с ним и почему он задержался у нас тогда на полгода, я тоже не знаю. Может быть, он искал здесь вдохновение, а может, просто не успел к отбытию транспорта и ему пришлось ждать следующего рейса. Впрочем, это неважно.

Главное, что он остался.

Ярек уменьшил экран заднего обзора, затем легонько попробовал крылья "махаона". Огромная тень на снежной равнине послушно ушла в сторону и вернулась на свое место.

- О! Наш пилот, кажется, начинает приходить в себя! - послышалось сзади.

Ярек развернул кресло, чтобы видеть и рубку, и обзорные экраны.

- Сколько уже прошли?

- Восемь тысяч, - ответил Ноали. Ярек присвистнул.

- Хорошо идем. Если курс верен, часа через три будем над базой... Так что там насчет анекдотов?

- Ах да! - воскликнул Сунита. - Итак, я остановился на том, что Юрата Барвит остался на Снежане наедине со своим вдохновением. Я так думаю, что именно оно, впрочем, может быть, наоборот - его отсутствие, натолкнуло Юрату на подобное исследование. Как раз в тот момент Друа проводил какой-то тонкий эксперимент и затребовал от Совета наложения вето на Д-связь, так как возмущения, возникающие при проколе пространства Д-посылкой, мешали ему; "Добро" он получил, и наступили три месяца Большого снежанского молчания.