Читаем Статус человека полностью

- Пусть будет так, - наконец проговорил он. - Допустим, что ты действительно пришел ко мне именно по этому поводу... Так сказать, узнать мнение со стороны, или хождение Гаруна-аль-Рашида в народ. Тогда слушай. Мое мнение не очень-то лицеприятное. Позволь спросить, зачем вы запретили работу всех научных групп? Чтобы усилить состояние подавленности, дать людям почувствовать их ненужность, бесполезность, показать наше полное бессилие? Сидите, мол, и ждите, пока дяди из Совета придумают что-нибудь? А дяди только и знают, что заседать днями и ночами, драть горло, издавать идиотские решения извини, но я действительно думаю, что решение о запрете работы научных групп, мягко выражаясь, неразумно, - глотать вместо кофе тониза-торы и надеяться на чудо.

- А что бы ты предложил? - абсолютно невозмутимо опросил Кратов.

- Предлагать в данном случае должен Совет, а наше дело принимать или отвергать ваши предложения. Но, к сожалению, демократические решения сейчас стали невозможны, поскольку Совет перешел к форме прямой диктатуры.

- У тебя все?

- Могу продолжить в том же духе. Тебя устроит?

- Спасибо, не надо. - Кратов покачал головой и хмыкнул. - Слова-то какие: идиотские решения, демократия, диктатура... В Совете находятся двадцать человек, представляющие не только ведущие научные группы академгородка, но и ведающие строительством, снабжением, питанием и прочим - это ты называешь диктатурой? Да, мы не выносим, как раньше, свои решения на общее обсуждение, но ты не находишь, что положение, которое сейчас сложилось на Снежане, можно назвать чрезвычайным? Именно поэтому наши решения декларативны и обжалованию не подлежат. Теперь далее. Ты жалуешься, что мы не даем вам работать, законсервировали деятельность почти всех научных групп и тем самым ввергаем людей в психологическую депрессию. Так?

Кратов умолк и выжидательно посмотрел на Кронса.

- Ну, так, - согласился Кронс,

- В общем-то, верное мнение, - невесело усмехнулся Кратов. - Но чересчур однобокое. Так сказать, с твоей колокольни... Меня всегда поражала и продолжает поражать какая-то аномальная, абсолютная ограниченность большинства ученых в житейских вопросах. Вы до такой степени закопались в науку, что вернуть вас к действительности можно, только отобрав эту цацку. Но и тогда вы кричите только по одному поводу: почему вам мешают работать? Мы внутри Черного Кокона? Великолепно, об этом можно только мечтать! Жаль, конечно, что нет всей необходимой аппаратуры, но мы и с помощью имеющейся снимем такие данные, что все ахнут! Жизненные ресурсы? Какие еще жизненные ресурсы? А-а, так говорят же, что продукции оранжерей хватит на всех с лихвой! Только почему у нас отключили энергию? На каком таком основании?!

Здесь Кратов резко оборвал свое фиглярство и жестко, повысив тон, спросил:

- Ну а рода, запасов которой, даже при урезанном распределении, хватит только на полтора месяца? Что вы об этом думаете? Я надеюсь, вы не собираетесь утолять жажду за счет местных ресурсов, тем более, что в течение пятнадцати лет изучения этой проблемы никому не удалось осуществить переход от снега-44 в воду-0?

- Не надо, - поморщился Кронс. - Мы с тобой давно мальчики, зачем сгущать краски? Выход у нас все-таки есть, и ты о нем прекрасно знаешь. Правда, выход не очень приятный... Но не зря же Шренинг ел свой хлеб?

- Акватрансформация? - нехорошо прищурился Кратов. - Десять лет лабораторных опытов по замене в живой клетке воды-0 на воду-44? А ты знаешь, что опыты на крысах дают только восьмидесятипроцентную гарантию?

- Знаю, - кивнул Кронс. Он внимательно посмотрел на Кратова и вдруг улыбнулся. - Кажется, мы поменялись с тобой местами. Теперь я должен объяснять директору академгородка то, что решалось сегодня на Совете.

- Ну-ну? - заинтересованно заерзал в кресле Кратов.

- Об этом, кстати, давно все знают. Если в течение двух месяцев кажется, у нас такой запас воды? - не произойдет развертка Кокона, то мы все будем вынуждены пройти через акватрансформацию. А развертка - я, вероятно, почти дословно процитирую резюме Друа в Совете, - судя по известным примерам, произойдет не скоро.

- Настолько точно, - медленно проговорил Кратов, - что у меня невольно появляются некоторые подозрения... Заседания Совета сейчас проходят за закрытыми дверями и с заблокированной связью. Впрочем, может, у тебя есть жетон инспектора Комитета статуса человека, снимающий блокировку?

Кронс только пожал плечами.

- Если хорошо знаешь Друа и имеешь ту же информацию о Черных Коконах, то нетрудно представить его выводы.

Кратов молчал. Словно впервые увидев Кронса, он изучающе рассматривал его.

- Н-да, - наконец неопределенно заключил он и растер лицо ладонями. Конечно, меня интересует, кто же на Снежане инспектор, - устало проговорил он, - и почему до сих пор не открылся в столь экстремальной ситуации. Ведь сидит же сейчас где-то, может быть, даже в Совете, наблюдает, слушает, оценивает...

Кратов мотнул головой, пытаясь отогнать вдруг навалившуюся на него апатию.