Читаем Статьи полностью

Первая мысль, которая приходит в голову при этих соображениях, уменьшить пространство районов, вверенных попечениям известного врача, до той соразмерности, при которой врач может поспешить на помощь больному селянину без большой потери времени и без вреда для других больных; при этом количество районов увеличится до очень большой цифры, и этою цифрою определится число действительно нужных нам теперь врачей. Число это, полагаем, будет очень велико, потому что участки должны определяться не только пространством, но и густотою населения. Врачам нужно будет дать жалование не во 190 р<ублей> с<еребром> в год, потому что они не будут уже стоять у денежных источников, известных теперешним городским и уездным врачам. Нужно в каждом участке учредить аптеки, без которых у нас до сих пор еще существуют многие уездные города; а как вольный аптекарь не пойдет в места, не обещающие значительных оборотов, то аптеки придется учредить на счет того, кто примет на себя инициативу устройства рассматриваемого нами дела. Но расходы, потребные на содержание действительно нужного числа врачей и на устройство аптек (без чего при существующем порядке получения лекарств назначение их врачом будет бесполезно), составят такую почтенную цифру, покрытие которой из сумм, составляющих государственный бюджет, невозможно. Кроме того, неудобство правительственной инициативы в этом деле станет осязательным, если мы примем в расчет, что нам нужно не то, чтобы в каждом участке была персона, именующаяся врачом, но чтобы там был действительный врач, приятный народу и способный лечить людей, применяясь и их нуждам, образу жизни и степени умственного развития. Таким образом, нечего и думать привести врачебный вопрос в положение, выгодное для врачебного сословия и для народа, одними усилиями правительства. Позволим себе теперь думать, что правительство, заботящееся о скорейшем предоставлении маленьким городам и селам всех средств пользоваться вречебною помощью в той мере, какою страна может обладать в настоящее время, предоставит введение нового распорядка самодеятельности сел и городов, точно так оно предоставило им содержавшиеся от казны пожарные команды. Охранение от пожаров городского имущества (а между ним и казенного: казначейств, винных подвалов, соляных магазинов) и охранение собственного здоровья жителей составляет ближайшие интересы общин, и потому, как в том, так и в другом случае, полагаться на их заботливость очень основательно. Но рождается вопрос, могут ли городские и сельские общины устроить у себя врачебную часть при совершенном невмешательстве правительства, если оно признает за ними в этом деле полное право. Совершенно могут, если правительство сочтет только нужным сделать одно распоряжение. Из статей, написанных самими врачами в “Современной медицине”, видно, что прежде всего нужно, чтобы врач был врачом, не делаясь чиновником, нужно, чтобы врача полюбил народ. Следовательно, нужно, чтоб врачи не назначались, а скорее, избирались, потому что иначе общества, обязанные принимать врачей, назначенных без их выбора, найдут себя обязанными искать врачебную помощь у лиц, имеющих более прав на их симпатию. Нужно также освободить врачей от обязанности преследовать лекарей-самоучек, ибо долголетний опыт показывает нам, что это не уничтожает так называемого “шарлатанского лечения”, а только ставит самих врачей в неприязненное отношение к народу, привязанному к своим лекаркам и симпатизирующему им как лицам гонимым и преследуемым за свою способность соперничать с врачами, приезжающими “потрошить мертвых”. Наконец, нужно подвергнуть немедленному пересмотру аптечный устав, представляющий ряд беспрерывных стеснений: увеличивать число аптек нельзя; лекарства непомерно дороги. Аптекарская такса — самая несообразная из всех такс, с которыми не могут еще у нас расстаться. Компетентные люди давно указывали на бесчисленные ее недостатки, и наконец в августе месяце прошедшего года медицинским советом издана новая такса, которая, по напечатанному отзыву магистра фармации Э. Классона, “служит новым доказательством, что у нас важные вопросы решаются людьми, мало знакомыми с предметом”.

Г. Классон говорит:

“Рассмотрев таксу с начала до конца, я не нашел ни одного параграфа, из которого можно бы видеть удовлетворительное решение задачи. При назначении новых цен составители руководствовались совершенным произволом: дешевые средства получили высокие цены, другие, стоимость которых выше, должны быть продаваемы дешевле, при третьих назначены две или три различные цены, так что нельзя знать, которою должно руководиться при назначении цен за лекарства”.