Читаем Статьи полностью

Горько и страшно видеть такое несчастное уклонение нашей журналистики от целей, указываемых ей обстоятельствами, к удовлетворению суетных и недостойных желаний замкнуть чужие уста. Всякому человеку, истинно желающему блага и счастья России и сочувствующему ей, невыносимо такое направление литературы в теперешнее время, когда жатвы много, а делателей мало. Самая просвещенная часть публики очень скорбит о том шутовстве, которым занимаются некоторые наши журналы; и успех этих журналов, то есть приобретение ими значительного числа подписчиков, вовсе не выражает общественных симпатий к их направлению. У этих журналов с отделами, где некоторые литераторы турманами кувыркаются для удовольствия почтеннейшей публики, успех зависит непосредственно от неразвитости вкуса и отсутствия серьезных стремлений в массе русских читателей; но в обществе всегда остается своя доля благомыслящих людей, которые в кувырканье видят только кувырканье. Льстить таким вкусам и воспитывать их в обществе стыдно; избавь Бог наше общество от таких воспитателей, и мы твердо веруем, что не далеко то благословенное время, когда читающая Русь задумается над тем, что она переживает и что вычитывает теперь из увеселительных журналов. Она выучит историю других народов, переживших то состояние, в котором застало нас быстрое, но повсеместное распространение невежества в русской литературе, и спросит литературных гаеров: к чему вели вы нас? Что вы нам рассказывали? Чье счастье имели вы в виду, проводя свою пропаганду? Да! общество сделает эти вопросы и… что отвечать на них? Плоды мы видим: стремление к наукам, благородно охватившее семь лет тому назад молодое русское поколение, ослабевает. Нам доводилось слышать не от одного из самых известных русских университетских профессоров, что студенты перестают заниматься, что они ничего не делают, очевидно увлекаясь все отрицающим и над всем глумящимся направлением. Молодежь мечтает о возможности жить, ни над чем усиленно не трудясь, ничего не изучая, ни во что не вдумываясь. Авторитеты попраны; истории почти никто не знает и никто не учится ей; некоторые науки, как, например, политическая экономия, как говорит один петербургский толстый журнал, “переварена и выброшена”, права никто не знает, да и знать не хочет. На что оно? Все вон, топчи авторитеты, выбрасывай науки, осмеивай плоды дум и трудов тех мыслителей, которыми гордятся опередившие нас народы. На что нам их думы и их труды, когда

При таких-то обстоятельствах зашла в нашей литературе речь о русской народности. Из этой-то среды литературных деятелей пошли толки о русском народе и о русском праве, которое наши деды принесли через три реки на нашу землю…