Читаем Статьи полностью

Демографическая ситуация устойчива лишь при вполне определенном равновесии между традиционной и индустриальной фазами развития. Преобладание традиционной фазы приводит к тому, что индустриальное производство не успевает ассимилировать поступающие кадры. Так создаются огромные города трущоб[1] с крайне низким жизненным уровнем и незначительным развитием индустрии (Бангладеш, в меньшей степени Бразилия). Напротив, подавление традиционной фазы приводит к сильнейшей концентрации населения вокруг индустриальных центров и возникновению вокруг них «антропологических пустынь»[2].

Это означает, что современное геополитическое/геоэкономическое/геокультурное управление с неизбежностью включает в себя конструирование миграционных потоков.

«Теорема о фазовом балансе» указывает, что «экономика человечества» с необходимостью носит многоукладный характер: в ней причудливо сочетаются объекты, принадлежащие к разным фазам развития.

[1] Социальное явление, которое может быть охарактеризовано как псевдоурбанизация.

[2] Тип территории, возникающей вследствие ухода человека с ранее освоенных им земель.

Сергей Переслегин, Елена Переслегина

Тихий океан

США и Япония разделены Тихим или Великим океаном.

Жорж Блон в своей книге "Великий час океанов" писал: "Что бы вы ни собирались сказать о Тихом океане, вам прежде всего нужно сказать о его величине. И потом вам опять придется вспомнить о ней, и так без конца. Это она определяет силу и направление его ветров и течений, особенности его климата, характерные черты островитян и жителей побережий"[1]. В еще большей степени определяет она характер, ход и исход боевых действий, тактику и стратегию сторон.

Стратегия есть превращенная форма географии (как тактика – топографии). В нашем случае место географии занимает океанография: описание Тихого океана, его окраинных морей и островных дуг, течений и противотечений, климата и рельефа. Глобальной тектоники его плит, определяющих сейсмику. Пропускной способности портов. Протяженности операционных линий. "На огромном пространстве Тихого океана могла бы разместиться вся суша Земли, материки и острова, и еще оставалось бы свободное место. Когда летишь на реактивном самолете с острова Таити в Лос-Анджелес, через двадцать минут после вылета внизу появляются острова Туамоту, а потом за весь восьмичасовой путь до самой посадки вы уже не увидите под собой ничего, ни единого клочка земли. А вот и еще более длинный перелет: Новая Зеландия-Сан-Франциско, 10.800 километров, свыше четверти земной окружности, но на протяжении половины этого пути вы не заметите внизу ничего – ничего, кроме водной пустыни"[2].

Проще всего почувствовать размеры Тихоокеанского театра военных действий, сравнив его с Европейским ТВД.

От мыса Лизард на западе Корнуолла до Сталинграда 2.100 морских миль. Если включить в орбиту боевых действий Исландию и Уральские горы (оба эти региона оказывали значительное воздействие на структуру войны, а при определенных обстоятельствах могли быть вовлечены в непосредственные боевые действия), протяженность европейского театра по широте составит 80 градусов, или 3.200 морских миль, считая по пятидесятой широте.

От мыса Нордкап до Каира 2.500 миль, еще 1.200 миль от Каира до южной границы Эфиопии.

Итак, в узком смысле Европейский ТВД имеет размеры 2.100 на 2.500 миль, в широком – 3.200 на 3.700 миль, 38.36 тыс. кв.км.

Между Токио и Сан-Франциско 4.550 морских миль (по дуге большого круга). И 4.400 миль отделяют Алеутские острова от островов Санта-Крус. Но Токио отнюдь не может считаться крайней западной точкой театра – боевые действия развертывались и в Японском море, и в Индонезии, и на Малаккском полуострове. Так что за характерное расстояние по широте следует взять пространство между Сингапуром и Панамой, превышающее 12.000 миль.

Распространяя "тень" зоны боевых действий на Австрало-Новозеландский регион (а лишь полуслучайным поражением Объединенного флота при Мидуэе можно объяснить то, что дыхание войны не коснулось Веллингтона, Окленда, Перта, Аделаиды, Брисбена), получаем протяженность по долготе 6.000 миль.

Исключая сравнительно узкую антарктическую полосу, боевые действия в 1941-1945 гг. прямо или косвенно захватили Тихий океан целиком. "Площадь Тихого океана равна 179.79 тыс. кв. км, что составляет половину площади мирового океана и более 1/3 поверхности земного шара"[3].

Но и эти цифры не окончательные. В начале 1941 года соединение Нагумо вырвалось в Индийский океан и атаковало Цейлон. Маршрут Сингапур – Коломбо составляет еще 1.570 морских миль.

Откройте карту Тихого океана, посмотрите на нее глазами ответственного командира тридцатых годов, и прежде всего вы увидите пустоту, подобную межзвездной.

Средиземное море стало ареной развертывания армий и флотов еще в античное время: столетиями и финикийцы, и греки, и римляне, и византийцы, и арабы, и венецианцы, и французы, и итальянцы, и – last, but not least – "просвещенные мореплаватели" обстоятельно и любовно подготавливали для будущих поколений "пространство войны".

Перейти на страницу:

Похожие книги

Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Как разграбили СССР. Пир мародеров
Как разграбили СССР. Пир мародеров

НОВАЯ книга от автора бестселлера «1991: измена Родине». Продолжение расследования величайшего преступления XX века — убийства СССР. Вся правда о разграблении Сверхдержавы, пире мародеров и диктатуре иуд. Исповедь главных действующих лиц «Великой Геополитической Катастрофы» — руководителей Верховного Совета и правительства, КГБ, МВД и Генпрокуратуры, генералов и академиков, олигархов, медиамагнатов и народных артистов, — которые не просто каются, сокрушаются или злорадствуют, но и отвечают на самые острые вопросы новейшей истории.Сколько стоил американцам Гайдар, зачем силовики готовили Басаева, куда дел деньги Мавроди? Кто в Кремле предавал наши войска во время Чеченской войны и почему в Администрации президента процветал гомосексуализм? Что за кукловоды скрывались за кулисами ельцинского режима, дергая за тайные нити, кто был главным заказчиком «шоковой терапии» и демографической войны против нашего народа? И существовал ли, как утверждает руководитель нелегальной разведки КГБ СССР, интервью которого открывает эту книгу, сверхсекретный договор Кремля с Вашингтоном, обрекавший Россию на растерзание, разграбление и верную гибель?

Лев Сирин

Публицистика / Документальное
Покер лжецов
Покер лжецов

«Покер лжецов» — документальный вариант истории об инвестиционных банках, раскрывающий подоплеку повести Тома Вулфа «Bonfire of the Vanities» («Костер тщеславия»). Льюис описывает головокружительный путь своего героя по торговым площадкам фирмы Salomon Brothers в Лондоне и Нью-Йорке в середине бурных 1980-х годов, когда фирма являлась самым мощным и прибыльным инвестиционным банком мира. История этого пути — от простого стажера к подмастерью-геку и к победному званию «большой хобот» — оказалась забавной и пугающей. Это откровенный, безжалостный и захватывающий дух рассказ об истерической алчности и честолюбии в замкнутом, маниакально одержимом мире рынка облигаций. Эксцессы Уолл-стрит, бывшие центральной темой 80-х годов XX века, нашли точное отражение в «Покере лжецов».

Майкл Льюис

Финансы / Экономика / Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / О бизнесе популярно / Финансы и бизнес / Ценные бумаги