Читаем Статьи полностью

Меняются характерные скорости движения – в традиционную фазу они определяются лошадиным галопом или суточным пробегом парусного корабля и достигают 150 километров в сутки. Энергетика, в основном, осталась на «дровяном» уровне, однако, в металлургии широко применяется каменный уголь.

Традиционная фаза включает в себя несколько общественно-экономических формаций (типов хозяйствования): первобытнообщинную – неолит, энеолит, рабовладение, феодализм.

Главной наблюдаемой особенностью современной индустриальной фазы, несомненно является фабричное производство. Это означает не только физическое изобретение машин, но и господство их в промышленности, то есть обязательное разделение экономики на «группу А» и «группу Б», причем первая использует машины и создает их, а вторая – только использует. В этом смысле коэффициент полезного действия индустриальной экономики всегда меньше единицы: часть производительных сил расходуется во «внутреннем круге кровообращения», где делаются машины, предназначенные для того, чтобы делать машины[3].

Кроме того, индустриальная фаза требует «индустриального человека»: способного выживать в «человеческом муравейнике»[4], взаимодействовать с машинами и довольствоваться определенной раз и навсегда социальной ролью.

Промышленная экономика включает в себя традиционные формы хозяйственной деятельности (кроме магии), придавая им подчиненный характер. «Кровью» экономики становится уже не зерно, а энергоносители: на первом этапе каменный уголь, затем нефть. Традиционное общество, не способное обеспечивать себя продовольствием, обречено. В индустриальную же фазу такое общество может неограниченно долго поддерживать свое существование за счет внешней торговли, хотя и при соблюдении ряда трудно выполнимых условий[5].

Тем самым, индустриальная фаза подразумевает, по крайней мере, одну глобальность – возникновение общепланетной системы обмена. Это означает, в свою очередь, неизбежность появления мировой валюты, соответствующих расчетных центров и плотной коммуникационной сети. Эмблемой фазы становятся железные дороги и суда с механическими двигателями, характерные скорости возрастают сразу на порядок (свыше 1200 км в сутки), характерные энергии определяются теплотой сгорания нефти (до 40 МДж/кг).

Поскольку в индустриальную фазу зерновая зависимость резко ослабляется, социосистемы теряют непосредственную связь с текущими экосистемами и обретают функцию пользователя глобальной природной среды. Так, Великобритания в XIX столетии превращает свои территориальные биоценозы в промышленную свалку, обеспечивая население за счет торговли с внешним миром: она собирает хлеб в Австралии, чайный лист – в Китае, получает мясо из Аргентины, вина из Франции.

С общетеоретической точки зрения это означает, что «человек индустриальный» становится верхним управляющим уровнем глобального биогеоценоза, что же до локальных экосистем, то их он может уничтожать или даже создавать по своей прихоти.

[1] Такая деятельность (война, отправление религиозных культов и пр.) снимает противоречие между общественным сознанием и коллективным бессознательным.

[2] Некоторые ученые определяют человека разумного, как единственный биологический вид, представители которого способны делиться пищей.

[3] Индустриальную экономику можно характеризовать «коэффициентом инверсии» I, равным отношению стоимостных эквивалентов продукций групп «А» и «Б». Анализ статистических данных показывает, что «в норме» этот показатель составляет от 0,3 до 0,5. Для рада индустриальных культур, однако, характерна инверсная экономика с I› 1. Например, в СССР к концу 1970-х годов коэффициент инверсии достигал трех.

Динамика коэффициента инверсии позволяет определить, к какой общественно-экономической формации индустриальной фазы относится данная культура: при классическом капитализме I медленно падает со временем, при государственно-монополистическом – растет.

[4] По терминологии Т.Лири. Смотри «История будущего». М., 2000.

[5] А именно: наличие высокого экспортного потенциала, мощных вооруженных сил и четко очерченной позиции в мировой системе торговли. (Великобритания, Япония).

Динамическая геополитика: постиндустриальный барьер

Мы не знаем, возрастает ли со временем величина «фазового барьера» (из общих соображений, скорее – да). Во всяком случае, исходить надо из того, что «постиндустриальный барьер» выше и круче «индустриального».

Изменение фазы развития подразумевает перенастройку всей совокупности общественных связей (личных, профессиональных, конфессиональных и пр.), что означает, в частности, полный слом не только юридической системы, но и положенной в ее основу морали. Такая эволюция социума требует от личности развитой инновационной толерантности.