Читаем Статьи полностью

По мере восстановления Средиземноморского и развития Каспийского кольца неизбежно встанет вопрос об их соединении. В принципе, соответствующий коридор (ТРАСЕКА) уже существует и проходит по территории Украины, Болгарии, Румынии, Грузии, Азербайджана, Узбекистана, Туркменистана, Кыргызстана, Казахстана, Таджикистана. К сожалению, ввиду неоптимального функционирования соответствующих колец, политической нестабильности в Закавказье и сложных географических условий эффективность этой коммуникационной линии невысока. В сущности, на сегодняшний день ТРАСЕКА заменяет недостроенные кольцевые структуры. Так, для Азербайджана объем транзитных перевозок составляет 0,68 млн. т. или 5% от общего грузопотока, для Узбекистана соответствующий показатель – около 1%. Дополнительные проблемы создаются отсутствием современных масштабных портовых сооружений на восточном побережье Черного моря;

Особое значение мы придаем меридиональному Южному транспортному коридору, сшивающему Севморпуть (точка пересечения – Петрозаводск), Янтарное кольцо (Санкт-Петербург и его аванпорт), Транссиб (Казань), Средиземноморское кольцо (через Волго-Дон), Каспийское кольцо (Оля, Актау), ТРАСЕКА. Далее коридор уходит на юг, «подключая» к единой евразийской коммуникационной сети Афразию (через Ирак и Иран) и Индийский субконтинент (конечный терминал – Бомбей). По географическим условиям создание индийского транспортного кольца едва ли возможно, однако Южный Коридор, экономическая выгодность которого для стран-участниц очевидна, позволит поставить на повестку дипломатии, прежде всего, российской, вопрос о новой региональной структуре (Средневосточный пакт) в составе «вечных противников» Индии и Пакистана, а также России, Ирана и Ирака.

[1] Пустыня представляет собой крайнюю форму пустоши – территорию, по географическим, климатическим, этническим, эпидемиологическим или иным причинам непригодную ни для целей производства, ни для прокладывания экономически рентабельных коммуникаций.

[2] Смотри, например, http://pubs.carnegie.ru/p c/Vol2-1997/2/default.asp?n=10huntington.asp.

[3] Идентичность есть онтологическое убеждение (личности, группы, социосистемы), проявленное в процессе взаимодействия с некоторой «инаковостью». См.: Переслегин С., Переслегина Е., Боровиков С. «Социальная термодинмика и проблема идентичностей». Тезисы к докладу. (Март 2002 г.) В сборнике: «Проблемы и перспективы междисциплинарных фундаментальных исследований. Материалы Второй научной конференции Санкт-Петербургского союза ученых 10 – 12 апреля 2002 г. Санкт-Петербург, 2002 г.

[4] Индустриальное производство носит заведомо кредитный характер и подразумевает непрерывное расширение экономического пространства. Явление, называемое глобализацией, обусловлено конечностью размеров земного шара: к рубежу тысячелетий экономическое пространство земли оказалось исчерпанным, подобно тому, как столетием раньше исчерпалось политическое пространство. Полное исчерпание степеней свободы экономики будем называть «пределом индустриальности».

[5] Термин принадлежит С.Градировскому. См., например, http://www.archipelag.ru

[6] Байкало-Амурская Магистраль является, по сути, расширением Транссиба.

Динамическая геополитика: фазовые барьеры

В аналогии между эко- и социосистемами, фаза соответствует даже не геологической эре, а эону. Иными словами, фазовые переходы происходят очень редко: это самое редкое повторяющееся событие в истории человечества.

Нам известно лишь два фазовых перехода, и только один из них вполне изучен. Постараемся, тем не менее, выделить общие, типологические черты таких переходов.

Прежде всего, граница фаз маркируется общим экономическим кризисом. Такой кризис – и именно вследствие своей всеобщности – развивается достаточно медленно, и ухудшение ситуации становится заметным лишь на достаточно больших временных промежутках. Но это ухудшение происходит с пугающей необратимостью, причем любые принимаемые меры лишь усугубляют проблему[1]. Экономическая «отдача» социосистемы непрерывно снижается, возникает впечатление, что работающие веками хозяйственные механизмы функционируют все более и более неуверенно.

Разрушение архаичной фазы развития сопровождалось быстрой экологической деградацией лесостепи, преимущественной зоны дислокации социосистем: людей стало слишком много, и используемые ими техники охоты (физические и магические) стали слишком совершенными. В результате началось резкое сокращение кормовой базы социосистемы. И уже не помогали ни всеядность человека, ни надежно обеспеченный верхний трофический уровень в любой экосистеме, с которой люди взаимодействовали, ни способность распаковывать информацию, превращая ее в пищевой ресурс.