Читаем Стать мировой державой полностью

Оглавление


Неудавшаяся страна?


Мировая держава


Три удара по России (глава будет добавлена позднее)


Путь к себе, или Как построить мировую державу и не одарить мир геополитическим Чернобылем


Похороны Третьего Рима в Риме


Борьба за личность


Незаконный Запад


А не продать ли нам Сибирь с Дальним Востоком?


Новая восточная политика


Партия России


Не с США, не с Китаем - со всем миром


Немка, грузин и Иван-Террорист


Почему Россия не империя?


Вселенская монархия - завещание Тютчева


Качество жизни - сверхиндустриализация XXI века


Державный труд


Поколение реформ против реформаторов


Поколение создателей мировой державы (Глава будет добавлена позднее)


Откуда взять инвестиции в Россию?


Языковая политика России (глава будет добавлена позднее)


Кто такие русские?


Доктрина России в XXI веке

Почему Россия не империя?


Принятие Россией курса на мировую державу требует полного избавления от имперской идеологии и риторики.

Практическое понятие мировой державы нужно народам России для того, чтобы совместно с самыми решительными народами и странами мира предотвратить Пятую мировую войну (см. мою статью “Как Россия сможет предотвратить Пятую мировую войну?”) и осуществлять мировое развитие, а не глобальное разрушение и деградацию.

За империей же всегда стояло и стоит указание исключительно на принцип власти и служение власти как таковой. Император - это приказывающий и повелевающий, а империя - это действующая по приказам, подчиняющаяся владычеству. Не более того.

В тот имперский первый Рим сегодня и с самого своего рождения увлечённо верят и “играют” СШАi[i]. И как бы ни пытались отдельные идеологи выдать императорство за некое высшее царствование, эдакое царство в квадратеii[ii] - за идеей империи стоит, прежде всего, озабоченность властью, исполнением своих повелений, подконтрольностью буквально всего. Империя - это страсть к власти и первенству.

Но это, как говорится, не наша игра и, тем более, не наша жизнь.

Как известно, официальной империей Россия была совсем недолго - с 1721 по 1917-й годы.

Титул “император” был поднесён царю Петру I 22 октября 1721 года в Петербурге в Троицком соборе. При этом в “Прошении сенаторов царю Петру I о принятии им титула “Отца отечества, Императора Всероссийского, Петра Великого”, на основании которого и был Петром принят этот титул, чётко указывалось на то, преемством чего является титул и преемником кого должен стать царь: “Как обыкновенно от Римского Сената за знатные дела императоров их такие титулы публично им в дар приношены“iii[iii]…

Разработка же понятия империи и императора как в России и, очевидно, для России началась с середины 17-го века. Так, в “Космографии” 1670-го года чётко указывалось: “римские цесари в древние лета именовахуся император, сиречь наставник всего света”.

Как тот выбор Петра Великого почти 300 лет назад, так и сегодняшние имперские мотивы в российском самосознании вместе с имперскими рассуждениями заклятых врагов России - всё это результат ложного самоопределения политического класса России в 18-м веке (советую найти и изучить блестящую статью историка О.Г. Агеевой “Титул “император” и понятие “империя” в России в первой четверти XVIII века” - http://www.tellur.ru/~historia/archive/05/ageyeva.htm).

Имперскость России есть по большей части не только недоразумение, но и грубая методологическая ошибка историков и других учёных. Вместо того, чтобы под реально существующие исторические уникальные, абсолютно несовпадающие реалии находить и употреблять соответствующие данной индивидуальности понятия, многие формально используют удобное и растиражированное слово и буквально ни за что ни про что обзывают великие исторические личности. Смысл такой методологической ошибки в русском языке хорошо передаёт пословица “как корове седло”.

Македонский царь Александр, распространия своё царство на Малую и не только Азию и строя мировую монархию, ещё не знал, что делает империю, но сегодня за ним прочно закрепили ярлык “Империи Александра Македонского”. Не знал о своём империостроительстве и великий монгол Темучин Чингиз-хан, строя Их Монгол Улс (Ихэ Монгол Улус) и создав в итоге своими потомками на основе улуса Джучи Золотую Орду - и всё вместо “империи” как требуют от него геополитики, политологи и прочие аналитики. Интересно, а что бы повелел “Сын Неба”, правитель “чжунго” (“срединного государства”, Китая), услышав о себе как императоре и о поднебесной как империи?

Империей корят и немцев и русских, но у немцев нет империи - а есть рейх, и русские всегда звали и зовут Константинополь Цареградом, а не Императороградом, а российскую государственность определяли как великое княжество, каганат, государство, держава и только в течение 200 лет империей.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дальний остров
Дальний остров

Джонатан Франзен — популярный американский писатель, автор многочисленных книг и эссе. Его роман «Поправки» (2001) имел невероятный успех и завоевал национальную литературную премию «National Book Award» и награду «James Tait Black Memorial Prize». В 2002 году Франзен номинировался на Пулитцеровскую премию. Второй бестселлер Франзена «Свобода» (2011) критики почти единогласно провозгласили первым большим романом XXI века, достойным ответом литературы на вызов 11 сентября и возвращением надежды на то, что жанр романа не умер. Значительное место в творчестве писателя занимают также эссе и мемуары. В книге «Дальний остров» представлены очерки, опубликованные Франзеном в период 2002–2011 гг. Эти тексты — своего рода апология чтения, размышления автора о месте литературы среди ценностей современного общества, а также яркие воспоминания детства и юности.

Джонатан Франзен

Публицистика / Критика / Документальное
Пропаганда 2.0
Пропаганда 2.0

Пропаганда присутствует в любом обществе и во все времена. Она может быть политической, а может продвигать здоровый образ жизни, правильное питание или моду. В разные исторические периоды пропаганда приходит вместе с религией или идеологией. Чаще всего мы сталкиваемся с политической пропагандой, например, внутри СССР или во времена «холодной войны», когда пропаганда становится основным оружием. Информационные войны, о которых сегодня заговорил весь мир, также используют инструментарий пропаганды. Она присутствует и в избирательных технологиях, то есть всюду, где большие массы людей подвергаются влиянию. Информационные операции, психологические, операции влияния – все это входит в арсенал действий современных государств, организующих собственную атаку или защиту от чужой атаки. Об этом и многом другом рассказывается в нашей книге, которая предназначена для студентов и преподавателей гуманитарных дисциплин, также ее можно использовать при обучении медиаграмотности в средней школе.

Георгий Георгиевич Почепцов

Публицистика / Политика / Образование и наука
Том II
Том II

Юрий Фельзен (Николай Бернгардович Фрейденштейн, 1894–1943) вошел в историю литературы русской эмиграции как прозаик, критик и публицист, в чьем творчестве эстетические и философские предпосылки романа Марселя Пруста «В поисках утраченного времени» оригинально сплелись с наследием русской классической литературы.Фельзен принадлежал к младшему литературному поколению первой волны эмиграции, которое не успело сказать свое слово в России, художественно сложившись лишь за рубежом. Один из самых известных и оригинальных писателей «Парижской школы» эмигрантской словесности, Фельзен исчез из литературного обихода в русскоязычном рассеянии после Второй мировой войны по нескольким причинам. Отправив писателя в газовую камеру, немцы и их пособники сделали всё, чтобы уничтожить и память о нем – архив Фельзена исчез после ареста. Другой причиной является эстетический вызов, который проходит через художественную прозу Фельзена, отталкивающую искателей легкого чтения экспериментальным отказом от сюжетности в пользу установки на подробный психологический анализ и затрудненный синтаксис. «Книги Фельзена писаны "для немногих", – отмечал Георгий Адамович, добавляя однако: – Кто захочет в его произведения вчитаться, тот согласится, что в них есть поэтическое видение и психологическое открытие. Ни с какими другими книгами спутать их нельзя…»Насильственная смерть не позволила Фельзену закончить главный литературный проект – неопрустианский «роман с писателем», представляющий собой психологический роман-эпопею о творческом созревании русского писателя-эмигранта. Настоящее издание является первой попыткой познакомить российского читателя с творчеством и критической мыслью Юрия Фельзена в полном объеме.

Николай Гаврилович Чернышевский , Юрий Фельзен , Леонид Ливак

Публицистика / Проза / Советская классическая проза