<p>Старый, но крепкий 7</p>

<p>Глава 1</p>

Я шел по дороге к секте, и сердце наполнялось теплом от каждого шага по знакомым местам. Когда я покидал Фейлянь, небо было затянуто тучами, морось перемежалась с ливнем, но в Циншуе погода будто специально приветствовала мое возвращение — солнце светило мягко и ласково, дул теплый ветерок, неся ароматы полевых цветов.

Возвращаться домой всегда приятно.

У ворот стояли старшие ученики в строгих серых одеяниях. Я прошел мимо них, поприветствовав кивком. Практики узнали меня, приветливо кивнули в ответ. Приятно осознавать, что тебя помнят и рады видеть.

А еще я вдруг осознал, что сильнее этих двоих учеников. Они находились на первой ступени пробуждения, меня же посещение королевского зверинца вывело на второй. Интересно, мне просто попались два слабых старших ученика, или первая ступень пробуждения — средний их уровень?

Я оглядывался вокруг, рассматривал знакомые здания, сады и беседки, где раньше иногда проводил время за медитацией и беседами с приятелями. Воспоминания нахлынули приятной волной, но с ноткой горечи: вот здесь мы тренировались с мечами вместе с Жулаем, вон там — как-то ранним утром сидели с Лиссой. А там, под большим старым деревом, собирались вечерами всей группой.

Хорошо вернуться домой, да…

Сперва я хотел сразу отправиться в свою комнату: принять душ, сбросить с себя усталость дороги и наконец-то завалиться на мягкую кровать, которой был лишен в походе, погрузиться в медитацию и разбор прочитанных книг. Но сейчас, шагая по дорожке, решил, что важнее дела и встречи: лучше сперва раздать подарки, увидеться со Сталеваром и мастером Линем. Потому что с кровати я уже вряд ли встану до самого вечера.

Я возвращался из столицы через Вейдаде и успел занести Гусу зелье повышения ранга, которое должно перевести его со стадии закалки на ранг пробуждения — к сожалению, первое изготовленное зелье взорвалось во время первого бегства от Крайслеров по улицам Фейляня, но в лаборатории принца я смог создать еще одно, редкого качества.

Но в рюкзаке еще хватало подарков. В нем лежали тщательно подобранные подарки для Сталевара, Линя и приятелей. Травы лучше отдать поскорее, так как с каждым днем они немного теряют в ценности. Для Сталевара я вообще приготовил нечто примечательное: целую коробку редких духовных трав, собранных по пути — среди них было даже несколько корешков Золотого женьшеня, которые я с трудом выменял у странствующего коробейника. Кроме того, я купил несколько флаконов редких масел из духовных растений, которые трудно добыть здесь, в нашей провинции.

Но главным подарком были две пухлые тетради с моими конспектами. Сидя в палатке перед ночевкой я старательно записывал все интересные рецепты зелий, редкие способы обработки трав и свои наблюдения за различными ингредиентами. Одна тетрадь предназначалась Сталевару, другая — Альфу. Тетради были одинаковыми: я решил, что не стоит плодить сущности и делить знания, чтобы наставнику побольше, а соученику поменьше. Я — не секта с разным уровнем доверия и доступа.

Я свернул по узкой дорожке к зельеварной мастерской. По пути встречались знакомые лица — кивал им, но никого из приятелей пока не встретил. Видимо, все были заняты тренировками, учебой или выполняли задания.

Дверь лавки тихо звякнула колокольчиком, когда я вошел внутрь. За прилавком стоял высокий нескладный парень — Альф.

Зельевар тут же поднял голову от книги, которую лениво листал, и улыбнулся:

— О! П-п…

— И тебе привет. Рад тебя видеть.

Я подошел ближе и опустил рюкзак рядом с прилавком:

— Как дела? Все зелья целы? Ничего не взрывалось, пока меня не было?

Он криво улыбнулся:

— Е-если бы взор… взо-орвалось, меня бы Сталевар у… уничтожил. Как твой поход?

Я потарабанил пальцами по столешнице, припоминая, что самое примечательное было в походе.

— Был в столице. До юга, до самого побережья не добрался. Но ты бы видел рынки травников в столице! Видел дикие луга, полные духовных цветов, где такое раздолье, что собрать все целая бригада с повозкой не сможет. Там же поставил походный котелок и варил зелья, пока не кончилась тара. Бегал по лесам от волны призраков, — нервно хохотнул, вспоминая, как едва унес ноги, когда утром все-таки пошел к кургану, решившись помочь бедной призрачной девушке. Так и не разобрался, заманивала ли она меня под атаку призрачной орды, или нет, но среди атаковавших ее не было. — Набрал коробку лепестков огненного лотоса. Кстати, держи.

Я достал из рюкзака коробку и тетрадь. Глаза Альфа загорелись восторгом, и заикание сразу же исчезло:

— Ого! Это же невероятно ценный ингредиент!.. И ты так вот просто его отдаешь?

— Не обеднею, а такие вещи ты тут вряд ли достанешь. Владей. Кстати, обрати внимание на дневник, — я постучал пальцами по обложке пухлой тетради. — Если захочешь попутешествовать, я подробно расписал, где и что из ценного можно достать. Там есть схематичная карта, на ней красными точками отмечены места, которые я сам обнаружил.

Я придвинул тетрадь Альфу. Тот принял подарок двумя руками, словно хрупкую драгоценность.