– Трудно сказать: многие кости сломаны и перемешаны. Если считать по черепам и фрагментам черепов, в общей сложности нашли шесть человек – это вместе со скелетами тех, чьи личности установлены.

– Значит, вы, возможно, уже обнаружили Паркина, но еще не знаете, что это он?

– Может быть.

Тут вклинился Клайв:

– Все это очень интересно, но я не понимаю, какое отношение наша работа имеет к гробокопательству. Вы ведь сами сказали, что мы ни в чем не подозреваемся.

Свонсон заерзала на стуле, и Нора заметила, что уверенность агента ФБР скорее показная.

– На данном этапе расследования мы собираем информацию.

– Другими словами, прощупываете почву, – заключил Бёрлесон.

– Согласитесь, удивительное совпадение: ваша экспедиция извлекает из-под земли останки человека и практически одновременно кто-то раскапывает могилы его потомков.

– Да, но мы раскапываем останки на законных основаниях, – напомнила Нора. – Вы ведь говорили с доктором Фьюджит. А значит, вам известно, что проводимые нами работы абсолютно легальны. У нас есть разрешения от федеральных властей и властей штата, не говоря уже о том, что нас спонсирует один из ведущих археологических институтов страны.

Свонсон невозмутимо ответила:

– Завтра я бы хотела присутствовать на раскопках и осмотреть останки людей. А еще задать вам и другим членам экспедиции несколько вопросов. Если не возражаете, конечно.

– Спрашивайте все, что хотите, – проговорила Нора. – Но я согласна с Клайвом. Трудно представить, какая может быть связь между останками человека, умершего в тысяча восемьсот сорок седьмом году, и могилами его потомков, которые вскрывают сейчас. Прошло почти двести лет.

– Именно это я и хочу выяснить.

– Здесь сейчас идут активные и очень важные раскопки, – продолжила Нора. – Как директор, не могу допустить, чтобы люди без профессиональной подготовки бродили по участку и трогали находки. У вас есть ордер?

Тоном ровным, как прерии Канзаса, Свонсон ответила:

– Это федеральная земля. Я федеральный агент. Для того чтобы проводить расследование на данной территории, ордер не нужен. Но могу вас успокоить: у меня степень магистра в области криминалистической антропологии, и получила я ее в Колледже уголовного права имени Джона Джея. – Свонсон выдержала паузу. – Судя по вашему послужному списку на сайте Института археологии Санта-Фе, профессиональной подготовки для осмотра человеческих останков у меня ничуть не меньше, чем у вас, доктор Келли.

Нора уставилась на лицо девушки. В мелькающем свете костра его выражение кажется и уверенным, и нерешительным одновременно. Для человека такой блестящей квалификации она слишком горячо защищает свою профессиональную состоятельность.

Тут Нора сообразила: наверное, это ее первое дело.

22

10 мая

Специальный агент Коринн Свонсон, как всегда, встала до рассвета и сделала двести приседаний в своей наскоро поставленной палатке. Разогнав кровь, оделась и вышла на холодный воздух. Стоило ей прийти на завтрак, и все сразу умолкли. Когда члены экспедиции наконец отправились на раскопки, Корри испытала облегчение. Потерянный лагерь находился примерно в полумиле от лагеря археологов. К месту раскопок вела тропа. Пройдя по ней, Корри оказалась в мрачной долине, со всех сторон окруженной темными скалами. На земле тут и там валялись камешки и валуны, упавшие сверху. Засохшие пихты перемежались участками жухлой травы. В дальней части виднелся небольшой унылый пруд, окруженный высокими скалами. Хотя утро уже давно наступило, солнце еще не осветило восточные утесы, и низина до сих пор была погружена в тень. Птиц здесь представлял только квартет из воронов: сидя на засохшем дереве, они то и дело каркали.

Корри приблизилась к месту раскопок. Остановилась с краю и окинула взглядом ковер из синего брезента, прижатого к земле. Вспомнилось, как несколько лет назад, еще студенткой, Корри случайно стала участницей изучения человеческих останков в Колорадо. История партии Доннера обладала той же мрачной притягательностью: двадцать пять футов снега и такой сильный голод, что люди ели членов своей семьи. Почти немыслимо – однако эта история одновременно является свидетельством человеческого упорства в стремлении выжить.

И место раскопок, и палатка рядом с ним, и участки, где осматривали находки, – все здесь было одинаково аккуратно и безупречно. По крайней мере, на взгляд непрофессионала. Когда Корри осматривала долину, ей в голову невольно закралась мысль: а что, если она и впрямь валяет дурака? Морвуд именно так и считает. Первые два ее запроса зарубил на корню и только после долгих уговоров наконец уступил. Выделил для поездки в горы пятницу плюс выходные. А значит, вместе с дорогой в ее распоряжении всего один полный день на месте раскопок.