Клайв не спешил отпускать ее руку. После долгой паузы дружески пожал ее и разомкнул пальцы.

– Нора, я готов, – вдруг объявил Бентон. – Выделите и мне квадрат для работы.

Такой резкой перемены темы Нора не ожидала.

– Клайв, не думаю, что…

– Вчера вечером вы меня многому научили, а сегодня, наблюдая за вами, я усвоил еще больше.

– Вряд ли пары часов наблюдений достаточно…

– Обещаю, буду работать медленно и очень осторожно. Что-нибудь найду – сразу позову вас.

Нора задумалась.

– Послушайте, мои предки, Брины, выживали на этой горе как могли. У Патрика и Пегги Брин было семеро детей в возрасте от одного года до четырнадцати лет. Ради своих сыновей и дочерей супруги перешагнули через труднейший моральный барьер и кормили их человеческой плотью. Брины – единственная семья, все члены которой выжили. Впоследствии на них навсегда легло клеймо «дети-каннибалы». Да, это ужасно, но, если бы сын Бринов, Эдвард, не притрагивался к человеческой плоти, я бы на свет не родился. Он мой прапрапрадед. – Клайв глубоко вздохнул. – Поэтому теперь, когда мы нашли эти останки, я никак не могу оставаться в стороне. И – нет, рубашку пейсли запачкать не боюсь.

Нора невольно улыбнулась. Она прекрасно его понимала. И все же рисковать ради Клайва она не намерена. Нора взяла айпад. Может, выделить Клайву один из дальних квадратов – тех, что ближе к лесу? Там он вряд ли найдет что-то важное – и вряд ли навредит делу. Для начала пусть поработает в квадрате Е10: протонный магнитометр в этом месте сработал, но сигнал был слабый, к тому же все самое главное сосредоточено в другой части луга.

– Хорошо, – кивнула Нора. – Но пообещайте, что будете предельно осторожны. Пожалуйста, не углубляйтесь больше чем на десять дюймов. Как только что-то обнаружите – что угодно, даже камешек, – сразу зовите меня.

– Обещаю.

– Поручаю вам квадрат Е-десять. – Нора убрала айпад. – Сходите за маской и перчатками, и я вам покажу, где он.

19

Примечательные открытия следовали одно за другим. Делать перерыв на обед никому не хотелось, и Нора позволила своей команде работать до вечера. Сначала она каждые полчаса проверяла, как справляется Клайв, но когда стало ясно, что он трудится не спеша, дотошно и методично, Нора рассудила – в таком тщательном присмотре Бентон не нуждается. Благодаря совместным усилиям Салазара и Адельски в куче отходов обнаруживались все новые и новые артефакты: не только третий череп и многочисленные кости, но и обрывки ткани, пуговицы, медальоны, украшения. Все предметы снабдили подписанными ярлыками, занесли в журнал и отметили на карте при помощи приложения для археологов. Салазар заметил, что в некоторых местах кучу костей разворошили дикие звери, но это случилось давно – по всей видимости, сразу после трагедии. Немного посовещавшись, все сошлись на том, что звери, скорее всего, пробовали найти здесь пропитание после первой весенней оттепели. Однако животных на такой высоте водится мало, вдобавок к тому времени кости успели покрыться слоем пыли, земли и травы.

В половине четвертого прекрасный день начал понемногу клониться к вечеру. Солнце низко опустилось над заснеженными горами и заливало их светом. Нора тщательно фотографировала квадрат, в котором работала, и вдруг к ней подошел Клайв:

– Есть минутка? Хочу вам кое-что показать.

Его голос звучал ровно, однако выражение лица Клайва показалось Норе необычным: таким она его раньше не видела.

– Конечно.

Нора повесила камеру на шею и последовала за Клайвом к дальней части места раскопок. Они удалились от остальных и приблизились к квадратам в стороне от основного лагеря. Здесь по земле уже пролегли тени от сосен. Вечерний ветер пролетел по лугу, колыхая свежую траву и неся с собой аромат цветов.

Клайв, как и обещал, остановился на глубине десяти дюймов и ничего во вверенном ему квадрате Е10 не обнаружил. Этот факт он зафиксировал и задокументировал по всем правилам, как объясняла Нора. Но потом Клайв перешел на соседний квадрат, Е9. На него он сейчас и указывал.

Нора опустилась на корточки и присмотрелась повнимательнее. Клайв осторожно снял травяной покров в одной части квадрата и раскопал не больше двух дюймов. Из земли торчало нечто сморщенное и грубое. Сначала Нора подумала, что это седло или звериная шкура, но, присмотревшись, сообразила – перед ней гниющие остатки старого сапога. Приглядевшись еще внимательнее, Нора заметила торчавшие изнутри кости пальцев ноги.

– Нашел возле самой поверхности, – объяснял Клайв. – Только траву срезал – и сразу наткнулся. Несколько раз махнул метелкой, и готово дело.

Нора осмотрела находку с разных сторон.

– Возможно, это захоронение, – произнесла она. – А может быть, тело просто оставили на том же месте, на котором этот человек… умер. Кожаные сапоги переселенцы точно не стали бы есть: даже оголодавшие люди понимали, что это их единственная защита от мороза и снега. В такой ситуации употреблять в пищу обувную кожу – безумие.

– Логично. Только я вас не за этим позвал, а вот зачем.