Читаем Стальные боги полностью

Моряки в грубых одеждах спрыгнули на берег и привязали корабль к железным стойкам на пристани. Вслед за ними сошел более важный человек. Он был в серебряных доспехах, покрытых эмалевыми пурпурными звездами; правда, доспехи не скрывали его торчащий живот. Его темные волосы струились ниже ушей, выступающих, словно крылья. А из ножен на боку торчала золотая рукоять длинного меча.

– Я – Роун, Великий герцог Крестеса и экзарх Семпуриса, – произнес он с сильным крестеским акцентом.

А потом склонил голову, словно мы шахи.

Мы с Несрин растерянно переглянулись. Я поклонился, чтобы не быть невежливым. Мы представились.

Роун указал рукой в сторону флота, словно то была написанная им картина.

– Корабли, которые вы видите, принадлежат его святейшему величеству, императору Крестеса. Он пришел на войну не с вами, а с человеком, который удерживает Костани.

– У нас нет вражды с императором, – сказал я. – Наш враг – человек, забравший у нас Костани.

– Император хотел бы здесь высадиться. Он намерен за неделю взять Костани измором.

– И мы тоже намерены осаждать Костани.

Роун смотрел мимо меня, на забадаров, собравшихся на берегу.

– У вас есть другие силы для этого?

– Наши силы в пути. Триста кораблей.

– Тогда они будут равными нашим. Битва между нами оказалась бы разрушительной. Человек в Костани хочет именно этого.

– Согласен.

– Как вы знаете, это этосианские поселения. – Роун обвел рукой хижины, словно сам их построил. – Император требует, чтобы вы отступили.

– Этого я делать не стану. Мы намерены использовать эту позицию.

– Значит, мы в тупике. Я не представляю, как мы можем высадиться на берег, пока вы занимаете эту позицию.

– Мы так дурно пахнем для вас, крестесцы? – сказала Несрин. Она понюхала Роуна, потом поморщила нос. – Может, ты сам воняешь. Когда ты в последний раз мылся?

Я взглянул на нее.

– Она имеет в виду, что на этом берегу достаточно места и для нас, и для вас.

Роун громко захохотал, уперев руки в набедренные пластины.

– Не волнуйтесь, у меня есть внучки с такими манерами, по сравнению с которыми эта выглядела бы царицей. – Он покачал головой, тут же став серьезным. – Увы, император – правая рука Архангела. Его присутствие здесь подобно тому, как если бы ангел поцеловал землю. Я говорю об этом со всей возможной любезностью, но он не может делить никакой земли с вами.

– Значит, он не высадится, – сказал я.

– Я не вижу здесь трехсот кораблей. Вижу несколько тысяч всадников. – Роун брезгливо хмыкнул. – Мы высадимся завтра на рассвете. Если вы еще будете здесь, я уверен, вы знаете, что случится. А теперь пойду помоюсь.

Роун усмехнулся, склонил голову и вернулся на галеру.

– Они считают себя много лучше нас, – сказала Несрин, пока мы смотрели, как отходит его галера. – Поцелуй ангела. – Она сплюнула на песок. – Я ему покажу, куда целовать.

– Если Рыжебородый успеет вовремя, императору придется отступить. Или делать то, чего он не хочет, – драться с равными силами.

– Ты еще думаешь, что он придет? Ты сдал Сади, Кева. Ты своими руками заковал ее в кандалы.

– Она сама решила разыскать Рыжебородого. Имей веру. Они придут.

– Почему же так долго? Разведчики, которых мы отправляли на побережье, ничего не сообщили. Если бы корабли приближались, они бы их наверняка увидели.

Я не знал, что ответить.

Я оставил Несрин и нашел Кинна, дразнившего лошадь. Он порхал перед ней, заставлял ее ржать и шарахаться, а потом проделывал то же самое с другой стороны.

– Мне нужна твоя помощь, – сказал я ему.

– Разумеется. Для того меня и прислали. Помогать тебе.

– Нужно, чтобы ты нашел кое-кого.

– Кого?

– Женщину.

– Что за женщина?

– Так… принцесса.

– Ты в нее влюблен?

Вопрос был как удар в сердце.

– Это неважно, – ответил я. – Просто поднимись в воздух, посмотри, не увидишь ли кораблей, идущих с юга. Много кораблей, три сотни.

Кинн прекратил баловство и приземлился на шею лошади. Кажется, я целиком завладел его вниманием.

– А она красивая?

– Да, она очень красивая, – вздохнул я. – Но ищу я ее не из-за этого.

– Ты собрался на ней жениться?

– Это к делу не относится.

– А как она выглядит?

Наконец-то уместный вопрос.

– У нее рыжевато-каштановые волосы до плеч… И концы чуть-чуть завиваются вверх. – Я почесал голову. – Ну, сильнее, чем чуть-чуть. Глаза цвета янтаря, тонкий нос.

– Понял! – Кинн отсалютовал мне орлиным крылом. – Я найду ее!

Кинн захлопал крыльями и взлетел. Так высоко, что стал точкой среди облаков. Но эта точка двигалась не в ту сторону. Он направился вглубь материка, на восток, а не в сторону моря.

– Не туда! – крикнул я. Но он, должно быть, не слышал. Я покачал головой, глядя, как он улетает туда, где Сади точно нет.

Я считал джиннов умными существами… Почему Саран навязала мне этого идиота? Или таково мое наказание за то, что не поехал в Зелтурию?

Пришла ночь. Я нашел Несрин в одиночестве, на пустом берегу в стороне от лагеря, молящейся под звездным небом. Она просила святых умилостивить Лат, чтобы вернуть Сади. Я не знал никого из забадарских святых, но готов был попробовать что-то новое и помолился им тоже.