Читаем Сталинград полностью

Узнав об этом, Гитлер пришел в ярость. Он горько жалел о том, что произвел Паулюса в фельдмаршалы, и кричал, что знал: попав в плен, этот человек не устоит. Однако не вызывает сомнений, что бывший командующий 6-й армией, проведя в плену почти полтора года, принял свое решение не спонтанно. После того как его сын Фридрих, капитан вермахта, в феврале 1944 года погиб под Анцио, Паулюс многое переосмыслил. Теперь он считал своим долгом сделать все возможное для того, чтобы эта бессмысленная бойня как можно быстрее закончилась. Война проиграна, и нужно, чтобы немцы перестали умирать. Второй сын Паулюса, Эрнст Александр, близнец Фридриха и тоже капитан, был арестован в соответствии с законом о Sippenhaft.[1021] Осенью жене фельдмаршала – румынке Елене Констанции Паулюс, всегда относившейся к нацистам настороженно, предложили сменить фамилию. На свободе она может остаться только в этом случае. Гордая румынка отказалась предать мужа и память о сыне, и ее вместе с дочерью, невесткой и внуком поместили под домашний арест. До февраля 1945 года они содержались в Верхней Силезии, вместе с семьями некоторых других пленных генералов, в частности фон Зейдлица и фон Ленски.

Паулюс, не имеющий никакой достоверной информации, требовал встречи с кем-нибудь из членов ЦК ВКП(б), кто «смог бы объяснить принципы советской политики в отношении побежденной Германии».[1022] Бывший командующий 6-й армией говорил, что он и другие находящиеся в плену генералы взяли на себя тяжелую ответственность призывами к свержению нацистского режима и, следовательно, имеют моральное право знать о позиции правительства СССР по отношению к Германии.

Такую возможность Паулюс получил только в феврале 1945 года. Его приняли генерал-лейтенант Кривенко, начальник Управления по делам военнопленных и интернированных, и комиссар 2-го ранга государственной безопасности Кобулов. В разговоре с ними Паулюс выразил надежду, что после окончания войны Германия не будет полностью уничтожена, сохранится как государство. В своем донесении Берии Кривенко и Кобулов писали: «Следует отметить, что с перенесением военных операций на территорию Германии настроение пленных немецких генералов стало подавленным. Генерал фон Зейдлиц был очень расстроен известием о встрече глав трех держав [в Ялте]. Зейдлиц заявил, что Германия, похоже, будет разделена между США, Великобританией, СССР и Францией. От Германии останутся одни лоскуты, и лучшим выходом будет вступление в СССР “в качестве семнадцатой советской республики”».[1023]

Когда 9 мая 1945 года в Кремль пришло известие о безоговорочной капитуляции Германии и в Москве грохотал салют из тысячи орудий, Штрекер записал в своем дневнике, что он и его товарищи невыносимо страдают «…слушая победные русские заявления и песни пьяных советских солдат».[1024]

Русские, наоборот, радовались победе и гордились тем, что им удалось одолеть такого врага, но эти чувства омрачали мысли о том, какую цену им пришлось заплатить. Потери Красной армии составили почти 9 миллионов человек убитыми и 18 миллионов ранеными. Из 4,5 миллиона тех, кто попал в плен, домой вернулись всего 1,8 миллиона. Оценить потери гражданского населения намного сложнее, но считается, что они приближаются к 18 миллионам. Таким образом, Советский Союз потерял в этой войне свыше 26 миллионов человек…[1025]

В 1946 году Паулюс выступил в качестве свидетеля на Нюрнбергском процессе. Советская пресса окрестила его «сталинградским призраком». Потом бывшего командующего 6-й армией поселили в Подмосковье. Он жил на даче, раскладывал пасьянсы и много писал – излагал свою версию событий. Паулюс быстро старел. Нервный тик у него усилился. В 1947 году в Баден-Бадене умерла его жена. Им так и не суждено было больше встретиться… Можно только догадываться, что́ Елена Паулюс думала по поводу того, какими последствиями катастрофа под Сталинградом обернулась для Румынии, ее родины, Германии, родины ее мужа, и их некогда крепкой и счастливой семьи.

В ноябре 1947 года, когда стремительно разгоралась холодная война, советские власти вспомнили указ от 13 апреля 1943 года и решили всех, виновных в военных преступлениях, «независимо от физического состояния»,[1026] отправить на принудительные работы в Воркуту – город, расположенный за полярным кругом, в зоне вечной мерзлоты. Бывшие члены СА и СС, охранники концлагерей, сотрудники тайной полевой полиции и полевой жандармерии, а в некоторых случаях и члены гитлерюгенда были переведены в лагеря особого режима. Определение «военные преступления» оказалось очень широким: под него попадало все – от зверств в отношении мирного населения до кражи курицы или сена для лошадей.