Читаем Сталин полностью

А пока устоявший в партийном шторме генеральный секретарь позволил себе критиковать Каменева и Зиновьева, что вызвало скандал. На курсах секретарей уездных комитетов при ЦК Сталин сделал доклад «Об итогах XIII съезда РКП(б)» и привел в качестве примера искажения ленинских взглядов выражение Каменева о том, что очередным лозунгом партии является превращение «России нэпмановской» в Россию социалистическую. (Ленин говорил «Россия нэповская».) Получалось, по Каменеву, что страна сейчас находится во власти нэпманов, чего на самом деле не было.

Досталось и Зиновьеву. Не называя его фамилии, Сталин раскритиковал выдвинутый им на XII съезде тезис о «диктатуре партии» (а не пролетариата).

Этот доклад, не согласуя с Политбюро, Сталин опубликовал в двух номерах «Правды» (19, 20 июня 1924 года).

Зиновьев и Каменев были оскорблены и обратились в ЦК с жалобой на самоуправные действия соратника. В августе во время работы пленума ЦК произошло разбирательство, оно длилось два дня. У Сталина попросили объяснений. Он сказал, что, публикуя доклад, он хотел разбить легенду, что в ЦК «тройка» единолично руководит партией и правительством и что ставил перед собой цель «расширить ядро, ибо оно стало узким».

Трудно оценить, насколько демагогичными были его оправдания. Во всяком случае, Зиновьев и Каменев с этими доводами согласились. Но не сняли обвинения в самочинной публикации доклада. К тому же Зиновьев доказал, что тезис о диктатуре партии принадлежит Ленину. В итоге товарищи «признали неправильность позиции т. Сталина и принципиальную его ошибку по вопросу о диктатуре партии».

Авторитету Сталина был нанесен удар. Он подал в отставку, мотивируя это «невозможностью честной и искренней совместной политической работы» с Зиновьевым и Каменевым, и просил послать его «на какую-либо невидную работу» в Якутию, в Туруханский край или за границу. Отставка не была принята.

Совещание одобрило статью Зиновьева «К вопросу о диктатуре пролетариата и диктатуре партии». (Опубликована в «Правде» 23 августа.)

«Тройка» была расширена до «семерки»: все члены Политбюро и председатель ЦКК Куйбышев. Новое «ядро» должно было предотвращать противоречия внутри руководства, ее члены должны были подчиниться строгой корпоративной дисциплине.

С сентября 1924 года «семерка» стала по вторникам собираться в кабинете Сталина и сговаривалась о вопросах, обсуждаемых в четверг на заседании Политбюро, по сути предопределяя их решение в нужном ключе.

На данном этапе Сталину дали понять, что не следует зарываться.

Снова заявил о себе Троцкий, переполошив Зиновьева и Каменева. В июне 1924 года он выступил на V конгрессе Коминтерна, назвав свою речь «Уроки Октября». Осенью он издал третий том своих сочинений «1917 год», где были помещены «Уроки Октября» в виде предисловия.

Главным действующим лицом Октябрьской революции он показывал себя. Основной удар наносился по Зиновьеву и Каменеву, им напоминалось, кто был «штрейкбрехерами революции» и кого Ленин требовал исключить из партии. Троцкий открыто заявлял, что им нельзя доверять и сейчас, «сдрейфив» в 1917 году, они «сдрейфят» и в 1924-м. Кроме того, Троцкий сопоставлял Октябрь и неудавшуюся революцию в Германии, из чего можно было сделать вывод, что из-за таких руководителей, как Зиновьев и Каменев, немецкие коммунисты и проиграли.

Сталину тоже досталось за его «оборонческую позицию» в марте 1917-го, правда, без упоминания его фамилии.

По-видимому, Троцкий надеялся, что другие члены Политбюро тоже захотят свергнуть Зиновьева и Каменева, но он ошибся. «Тройка» снова сплотилась. Против него выступили Рыков, Дзержинский, Калинин, Бухарин, Молотов, Сокольников. Были опубликованы относившиеся к 1913 году высказывания Троцкого, в которых он резко критиковал Ленина («профессиональный эксплуататор всякой отсталости в русском рабочем движении»). Вспомнили и ленинские выражения о «небольшевизме» Троцкого и «Иудушке-Троцком».

«Иудушка» был заклеймен. Оказалось, что он еще и враг Ленина.

И еще одно важное обстоятельство сопутствовало медленному подъему Сталина — это рост экономики. 1924 год отличался высоким урожаем, несмотря на засуху в некоторых областях, пришедшуюся на август. Политика поддержки сельскохозяйственного производителя давала зримые плоды.

Предполагалось, что на капитале деревни будет начато восстановление тяжелой промышленности. Это было запланировано пленумом в декабре 1923 года в резолюции о «ножницах цен».

Однако возникал вечный вопрос, стоявший еще при Витте: насколько велики экономические силы деревни, чтобы выдержать нагрузку индустриализации?