Читаем Сталин после войны. 1945 -1953 годы полностью

Небольшой комментарий. 1. «Вкус», надо сказать, действительно англосаксонский. Таким «вкусом» обладают только англосаксы и людоеды. Впрочем, это одно и тоже. И вот что поразительно. Прежде чем у Совета Национальной безопасности США «прорезался» такой «вкус», нечто подобное постановило собрание представителей высшего эшелона финансово-экономической и индустриальной элиты США, состоявшееся в том же 1948 г. В очередной раз облаяв Россию самыми грязными словами — рука не поднимается их приводить в тексте, — они потребовали от правительства США, чтобы оно добивалось неограниченного права для контроля за всеми промышленными предприятиями других стран, а также для размещения своих атомных бомб «во всех регионах мира, где есть хоть какое-то основание подозревать уклонение от такого контроля или заговор против этого порядка», и при необходимости «немедленно и без всяких колебаний сбрасывать эти бомбы везде, где это целесообразно». И дело завертелось. Штамповали планы бомбардировок СССР, как гамбургеры. И всякий раз география бомбардировок расширялась, количество объектов атомных бомбардировок увеличивалось.

2. Попутно любопытный факт. В ноябре 1945 года в США из Франции британской разведкой был направлен злейший враг Советского Союза и России, в пух и прах разбитый еще в Гражданскую войну генерал А.И. Деникин, чьи отнюдь не святые мощи недавно с помпой перетащили в Москву. Через свою агентуру в кругах русской эмиграции в США бритты организовали ему приглашение в Америку якобы для чтения лекций. Выполняя, в период сильно затянувшегося «турне» по США, поручение британской разведки, в июне 1947 г., то есть незадолго до своей смерти, Антон Иванович Деникин обратился с посланием к президенту США Г. Трумэну, в котором четко расписал дураковатому главе Белого дома, как нужно бороться с Россией, чтобы раздолбать ее наверняка! Подчеркиваю, с Россией, а не с Советской властью и Советским Союзом! Старинная практика британской разведки — действовать чужими руками с чужого плацдарма. Главным пунктом Деникин сделал «борьбу с культом личности» Сталина! Так ведь и написал, что начинать надо с разрушения культа личности Сталина, потому как «падение главной опоры большевистской иерархии (авторитета Сталина) приведет к разрушению и гибели всей структуры». А «государственный переворот в России, — писал далее «патриот» Деникин (еще раз обращаю внимание, что не в СССР, а в России. — A.M.) — приведет к фундаментальным переменам в режиме, а не к одним лишь персональным перестановкам»! И при этом заклинал Трумэна учесть все ошибки Гитлера — надо полагать, как «искренний патриот» России, Деникин страсть как сожалел, что Адольфу Алоизовичу не удалось уничтожить Россию!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика