Читаем Сталин после войны. 1945 -1953 годы полностью

Не дожидаясь капитуляции Японии во Второй мировой войне, против которой во исполнение своих союзнических обязательств воевал Советский Союз, комитет начальников штабов США приступил к разработке планов новой войны — непосредственно против Советского Союза. Они были зафиксированы в директивах № 1496/2 от 18 сентября 1945 г. «Основа формулирования военной политики» и № 1518 от 9 октября 1945 г. «Стратегическая концепция и план использования вооруженных сил США». Несмотря на высшие степени секретности, эти директивы не стали для Сталина «тайнами за семью печатями»… И вот что до чрезвычайности интересно. По этим документам четко видно, что ни один из американских мерзавцев ведь не верил даже в иллюзорную «агрессивность» Советского Союза — в документах прямо было указано, что «Советский Союз не представляет собой непосредственной угрозы». Тем не менее командование вооруженных сил США исходило из того, что советские возможности, независимо от намерений Советского Союза, «представлялись достаточным основанием считать СССР потенциальным врагом». Вот же «логика»! Да, именно «логика», потому что в сентябре 1945 г. США приняли на вооружение доктрину превентивного «первого удара». На том, к слову сказать, стоят и поныне…

Небольшой комментарий. К слову сказать, наш заклято подлый «союзник» по антигитлеровской коалиции — пресловутый американский генерал Д. Эйзенхауэр — в бытность командующим американскими войсками в Европе во исполнение упомянутых директив в конце 1945 г. состряпал план нападения на СССР под названием «Тоталити». По плану предполагалось нанесение атомного удара 20 атомными бомбами по 17 городам Советского Союза. Вот вам и «союзник»…

Дальше все покатилось как снежный ком с горы. Один план нападения на СССР за другим. Как будто блины… пардон, сэндвичи стряпали. Директива № 1496/2 от 18 сентября 1945 г. «Основа формулирования военной политики» превратилась в официальный документ — СВНКК-282 — координационного комитета, объединявшего представителей государственного департамента, военного и военно-морского министерств. 14 декабря 1945 года выходит директива № 432/д Объединенного комитета военного планирования, в которой были указаны 20 основных промышленных центров Советского Союза и Транссибирская магистраль, по которым планировалось нанести атомные удары 196 атомными бомбами.

В июле 1946 года появляется план «Пинчер» («Клещи»), предусматривавший удар по 20 городам СССР с использованием 50 атомных бомб и вторжением американских войск на советскую территорию.

18 августа 1948 г. за 20/1 появляется новая директива Совета национальной безопасности США, в основе которой доклад Совета планирования политики под названием «Цели США в отношении России». Все цели США в отношении России (СССР) уже тогда были сведены всего к двум:

«Свести до минимума мощь и влияние Москвы;

Провести коренные изменения в теории и практике внешней политики, которых придерживается правительство, стоящее у власти в России».

А средство достижения этих целей было указано в этой директиве столь же откровенно: «Наша конечная цель в отношении Советского Союза — война и свержение силой Советской власти»! Простенько, но с каким англосаксонским «вкусом»!..


Перейти на страницу:

Похожие книги

Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика