Читаем Сталин полностью

Все это не есть — уже не есть — абстрактная теория, как было когда-то. Вся история Советской страны иллюстрирует великий принцип коллективного распознавания материальных и духовных интересов блестящим и живым примером. Сколько отсталых народов с феерической быстротой прошли в Советском Союзе целый ряд этапов прогресса и благосостояния, — а в то же время и национального своего развития, — благодаря огромной помощи центра, т. е. всего целого. Сколько племен, некогда бывших заклятыми исконными врагами, пришли теперь к полному миру. Добиться того, что «вопрос о границах между отдельными государствами, входящими в Союз, имеет исключительно административное значение» (доклад Мануильского на V конгрессе Коминтерна), это значит действительно установить закон вечного мира. Кто знает историю братоубийственных войн прошлого, а теперь повсюду видит разумное братство, тот не может не изумляться. Нельзя не приветствовать с волнением все это, если хочешь остаться объективным.

Возвращаясь к началу этих изумительных превращений, мы должны указать, что новая национальная политика сыграла огромную роль в деле умиротворения колоссальной страны, освобожденной от царей кнута и царей золота. Она позволила «ликвидировать», как выражаются в СССР, контрреволюционные правительства на Украине, в Туркестане, в Закавказье. Здесь следует повторить что если контрреволюции удалось закрепиться на окраинах и свалить советскую власть на Украине, в Белоруссии, в Финляндии и в Прибалтийских странах (причем революционный порядок был восстановлен лишь на Украине и в Белоруссии), — то это случилось только в силу вмешательства германской армии.

Та же национальная политика позволила советской власти окончательно добить Колчака и Деникина; а после того, как новое государство извергло белогвардейцев, она же помогла сплотить народности в новые республики.

Она так явно соответствовала интересам всех народов, что поскольку удавалось ее разъяснить им, постольку они и становились на сторону Советов. Тем более что советская власть знала их и умела говорить с ними тем языком, каким было нужно. Здесь-то и имели решающее значение компетенция, авторитет человека, который к ним обращался.

В 1922 году был создан Союз Советских Социалистических Республик. Эта великая историческая дата неразрывно связана с именем Сталина. Конституция СССР — это, в сущности, та могучая концепция, которая была создана революционным меньшинством еще при царизме. Ее можно охарактеризовать в следующих кратких словах: она устанавливает или, точнее, предлагает «тесный экономический и военный союз — при самом широком самоуправлении, при полнейшей свободе развития всех национальных культур, при систематическом уничтожении всех следов и остатков национального неравенства и при систематической помощи более сильных экономически народов более слабым» (Н. Попов).

Взглянем на юг, на запад, на восток.

В Закавказье, где Сталин когда-то разжигал пожар в сердце масс, в этой стране «братьев-врагов», где народы терзали друг друга, советская национальная политика совершила как бы чудо: окончательно прекратилась не только национальная борьба, но и укоренявшаяся веками национальная вражда, и это — несмотря на меньшевиков, дашнаков и мусаватистов, — лжесоциалистов, временно захвативших власть в трех закавказских республиках и пользовавшихся ею для того, чтобы вновь и вновь разжигать междоусобные войны и разорять страну, постоянно взывая к иностранцам о помощи. На примере современной Грузии, Армении и Азербайджана мы с полной ясностью усваиваем аксиому, что нет такой системы, которая давала бы малым народностям большую свободу, чем система советская.

Любопытное фантастическое сравнение дает один простой и честный абхазский крестьянин, уже просвещенный социализмом: «Представьте себе, что громадный слон (Октябрьская революция) победоносно шествует и на своем пути — на полянке — видит беззащитных детишек, застигнутых непогодой. Желая их спасти, этот слон наваливается на детей. Разумеется, от детей ничего бы не осталось, какими бы благородными чувствами слон к ним ни был проникнут, если бы не нашелся этот Сталин, который вовремя подправил ноги слону».

Украина. Украинский вопрос имел совершенно исключительное значение. После Октябрьской революции эта страна, так долго угнетавшаяся царским деспотизмом, — он прививал ей насильственную русификацию, словно болезнь, — стала ареной ожесточенных гражданских войн: борьба украинских рабочих и крестьян против Рады, борьба рабочих Донбасса против калединских банд, германская оккупация, низвержение лжедемократической директории и не затруднявшей себя никакими демократическими комедиями петлюровщины, интервенции Антанты (французская эскадра в Черном море), захват Украины Деникиным, борьба с белополяками, борьба с Врангелем. На Украине последовательная политика и действенная тактика решали все.