Читаем Сталин полностью

Таким образом, в марксистской постановке национального вопроса, постановке крайне решительной и смелой в своей последовательности (ведь она допускала территориальное расчленение старой империи) — Ленин и Сталин безоговорочно и с полной ясностью включали национальный вопрос в общую проблему революции. Они широчайшим, предельно широким образом раскрывали возможности сохранения единства каждой этнической группировки огромного конгломерата, именовавшегося Россией (ибо этническая автономия есть не только почтенный сам по себе моральный фактор, но и фактор жизненный, творческий), и в то же время не теряли из виду практически необходимого единства целого.

Это единство целого конкретно укреплялось единством и однородностью социалистической организации, как партийной, так и профсоюзной.

Ленинско-сталинская постановка вопроса, тесно связывающая теорию с практикой, органически сливающая идею с действием (марксизм, как действенное знание, нуждается в преобразователях, связанных с действительностью и постоянно подталкиваемых, ею к борьбе за будущее), — стояла в резком противоречии с австромарксистской концепцией так называемой «культурно-национальной автономии», имевшей в социал-демократическом движении своих приверженцев. Австрийские оппортунисты проповедовали, в сущности, приспособление социализма к внеклассовым национальным блокам. В результате получался социалистический сепаратизм. По системе этих любителей отвлеченной классификации не национальность становится социалистической, а социализм переходит в национализм. Русские меньшевики разрывали социалистическое движение в николаевской империи на отдельные куски. Такое якобы «усовершенствование» было нелепо, и Ленин со Сталиным решительно выступили против него. Допустить в специфической (в новой) области социалистического движения национальный разрыв, чрезмерное уважение к границам, — было бы гибельным нарушением меры, нарушением правильного соотношения желательной самостоятельности частей и необходимого единства целого. Это в корне противоречило великой архитектонике марксизма.

Но вот от первого взмаха февральской метлы с грохотом развалился царский трон. В апреле 1917 года Сталин был докладчиком по национальному вопросу на конференции большевиков. «Провозгласить формальное равенство наций было недостаточно. Такое формальное равенство имело бы так же мало практических результатов, как и провозглашение равенства великой французской революцией» (Мануильский). Надо было идти дальше и глубже. Сталин предложил принять концепцию, разработанную еще в царское время. Эта теория была принята, хотя и не без борьбы. Пятаков и некоторые другие делегаты конференции шумно возражали против пункта, в котором говорилось, что каждая национальность имеет право на самоопределение вплоть до отделения от России. Возражавшие пугались возможных последствий этого пункта.[7]

Надо отметить и подчеркнуть, в какой степени эта теория национального вопроса, — в самом деле, необычайно смелая в своей социалистической прямоте и величии, — отвечала интересам революционной борьбы. Действуя на этой основе, партия большевиков предстала перед рабочими и крестьянскими массами, как единственная партия, последовательно борющаяся против угнетения национальностей царизмом, политику которого продолжал и Керенский при поддержке меньшевиков.

Лозунг национального освобождения, вместе с лозунгом освобождения социального, с лозунгами хлеба, мира, рабочего контроля над производством, — этот лозунг, спаявший национальные устремления с социализмом, решительно двинул вперед подготовку Октябрьской революции. Позиция большевиков в национальном вопросе ни одну национальность не привела к отделению, которого можно было бы опасаться, но обеспечила большевикам сочувствие всех народов России. Таким образом, и в этом случае полностью восторжествовала смелая и дальновидная мудрость. «Русские рабочие, — писал Сталин, — не смогли бы победить Колчака, Деникина, Врангеля без такого сочувствия и доверия к себе со стороны угнетенных масс окраин бывшей России».

В послеоктябрьские дни, вслед за вторым взмахом восточноевропейской метлы, за развалом «демократического» самодержавия буржуазии, Сталин, естественно, сделался официальным руководителем политики партии в национальном вопросе.

Одним из первых законодательных актов советского правительства была «Декларация прав народов России». Она создана и написана Сталиным. Вот ее основные положения:

Равенство и суверенность всех народов России. — Право на свободное самоопределение, вплоть до отделения и образования самостоятельного государства. — Отмена всех и всяческих национальных и национально-религиозных привилегий и ограничений. — Свободное развитие национальных меньшинств и этнографических групп, населяющих территорию России.

Для национальностей, входящих в федерацию, это означало общее объединение чисто административного характера при максимальной свободе национального развития. Народы заключили между собою союз, основанный на взаимной независимости.