Один подскочил к раненому, склонился на миг, выпрямился. Взялся за автомат. Вторая очередь досталась «мулу». Еще один, тот, с тепловизором, подошел к конвертоплану, вскинул руку к шлему. Фотофиксация для отчета. И не торопятся, будто не догадываются, что за одним беспилотником придет еще несколько. А то и свалится на голову тревожная группа. Или, наоборот, знают то, во что верить не хочется?..

Нужно просто переждать, отлежаться. Может, не заметят, пропустят.

Нога «фотографа» коснулась того, что когда-то было веселым и добродушным капитаном Васильевым…

Боль, что до этого накатывала редкими волнами, начала захлестывать сознание. Не вовремя аптечка исчерпалась. Пальцы не слушались, но пистолет встал на боевой взвод. Выстрелов майор не слышал, только легкие толчки в кисть. «Фотограф» упал, беспомощно вскинув руки – словно сдаться решил. Рядом с командиром неуклюже свалился второй, тот, что добивал своих подельников. Пуля вошла точно под срез шлема. Щелкнул вхолостую боек. Вот и все. Выжившие подходили осторожно. Скалились. Ну да, такие же индусы, как майор Смолин – ханьский мандарин. Опустевший пистолет упал на камни, погас датчик предохранителя, неуверенно мигнув напоследок. Запасной магазин есть, но не успеть…

Майор выцарапал из набедренного кармана рельефный цилиндрик гранаты. Не будет здесь ничего, кроме пятна копоти на камнях. Землю жалко – спечется до стекла. И птиц. Которые памирские сойки. Нет, не сойки! Синих соек не бывает. Это сизоворонки.

Точно, сизоворонки!

Майор попытался улыбнуться. Ничего, синих птиц удачи пламя не коснется. Они уже улетели.

Лев Соколов

Солнечный зайчик

Случалось вам гулять с любимой девушкой по родному городу?

Я вот гуляю. Прямо сейчас. Здорово, правда?

На самом деле не так уж здорово. Во-первых, девушка не знает, что она – любимая. А во-вторых, я не был в родном городе целых три года. Это ведь срок…

Инка мне всегда нравилась. Еще со школы. Но я, чего греха таить, был тогда трусоват. Мы с Инкой с детства дружили. И когда стали постарше, тоже – только дружили. Знаете, как говорят: не можешь любить – сиди и дружи. Не решался я ей признаться. Это красавчикам в любви признаваться хорошо. Хоть пять раз на дню, всем подряд. А я ушастый. Нам, некрасивым, признаваться трудно.

В общем, додружился я так до того, что окончил школу, высшее получил и распределился в… научно-исследовательский институт на другом конце страны. Обычно мальчишки на север едут. Чтоб, так сказать, овеяться суровыми северными ветрами. Добрать мужества. А у меня наоборот вышло. Уехал взрослеть с севера на юга. Субтропики, пальмы, девушки симпатичные. Они на юге гораздо виднее из-под одежды. Но я все равно постоянно Инку вспоминал.

Ну перезванивались мы с ней. Друзья же. Она меня «верным подругом» называла, когда хотела позлить. Вот, рассказала, как появился у нее нереально-ангельский. Имя его она с придыханием произносила. И глаза у нее были… Короче, втрескалась Инка по уши. Поздравил я ее уныло. Вот ведь, говорю, радость какая… Пожал в полной мере плоды собственной трусости.

В тот вечер пошел топить тоску в спиртном. Водку попробовал – тьфу, гадость! Жжет, противная, пить невозможно. Ударил по вину. Южное вино хорошее, вкусное. Но с него же не напьешься. Никакого забытья. Только голова кружится. Вот я после бара и докружился до встречного полицейского патруля. Приняли они меня в нежны руки, отвезли в отделение бережно, уложили заботливо – в отдельную каморку, под чистым одеялом. Я полицейским по пути успел поплакаться о жизненных обидах.

А с утра пожилой майор по-отечески аккуратно вставил мне моральный пистон. На предмет, что печаль во спирту топят только слабаки, а настоящий мужчина либо сам ситуацию принимает, либо меняет. Выставили меня из отделения. Я, пристыженный, на работу помчал. А там мне после работы тоже на общем сознании вставили – из полиции ж сообщили. Проработали меня так, что аж сгоряча чуть не женить собрались. Было у наших суровых девушек из бухгалтерского отдела такое предложение. Насилу отбился и обещал больше с горя не пить. Только с радости.

На том и порешили.

На следующий день – принял я. Не спиртного, ситуацию. Если любишь, так надо радоваться за человека. Главное, пусть тот, нереально-ангельский, Инку счастливой сделает. Ударился я с головой в работу. Тема у нас, правда, была интересная. Наш институт вообще зеркала делает. Хорошие, кстати, зеркала. Так что я хоть и молодой специалист – а зеркальных дел мастер. Впахивал ударно. А в родном городе не бывал. Родители-то мои на стройку нового космодрома переехали. Отец – инженер-строитель. Так что мне на историческую родину было и не с руки. Насчет Инки подуспокоился. Так, иногда ныло к дождю, как старая рана.