Читаем Спираль разума полностью

Открыв универсальным ключом люк, ведущий в нижний ярус фюзеляжа, он бесшумно закрыл его за собой и спустился по лестнице. На этом ярусе лайнера, поднявшегося на значительную высоту, становилось ощутимо холоднее, чем на пассажирском. Достав небольшой датчик, реагирующий на биение сердца даже маленькой мышки, буде она спрятана в чьем нибудь багаже, он двинулся вдоль прохода. Внимательно озираясь по сторонам, Дитрих искал малейшую неправильность в багаже пассажиров и между ним. Пройдя метров десять, агент остановился. Баулы. Два огромных баула, которых, кажется, не было при досмотре и погрузке багажа пассажиров. Совсем не понятно, как они сюда могли попасть? Боясь, что его выставят коллеги на посмешище, если узнают, что он ошибся и не заметил пару огромных сумок, с которыми обычно летают «челноки», решил пока не связываться с напарником. Тем более, что вокруг стояла тишина и спокойствие, ни одной живой души. Швебер включил датчик и поставил на один из баулов. На всякий случай вытащил из набедренной сумки-кошелька фарфоровый пистолет, который не фиксируется металлодетекторами (в подмышечной кобуре его носить намного удобней, но не одевать же пиджак в такую жару), и засек секунды по наручным часам. В нормальных условиях, на земле, при досмотре автомобилей с выключенным двигателем, прибор, пропикав положенные 20 секунд, успокаивался и безошибочно определял наличие или отсутствие живого тела с бьющимся сердцем. На борту же стоял гул, вибрация, самолет постоянно проваливался в воздушные ямы и прибор никак не хотел устанавливаться в рабочий режим. Пришлось крутнуть регулятор в положение «самолет», загрубив его. Секунды текли, а зеленый светодиод все мигал в такт пиканья зуммера. Наконец датчик адаптировался и зуммер запищал на одной частоте. Дитрих опустил руку с часами, на приборе горел не зеленый, а красный светодиод, значит, в бауле был кто-то живой! Момент осознания этого совпал с самым страшным и самым коротким кошмаром в жизни Швебера: чья-то сильная рука зажала его рот, запрокидывая тело и насаживая на трехгранный длинный деревянный стилет, который тоже не фиксировался металлодетекторами. Жало зашло под левую лопатку с противным треском рвущейся кожи, прошло сквозь мягкие такани, легкое и навсегда остановило сердце, проткнув его мышцу. Не нажатая кнопка передатчика так и не сообщила напарнику о находке.

Паоло Винсента, один из лучших боевиков Хосе Диаса, поволок мертвое тело к пустому баулу, валявшемуся на полу. В котором сам прибыл на борт «Боинга». Процедура упаковывания крепкого, коренастого тела и уборка крови с пола согрела продрогшего в грузовом отсеке колумбийца.

Паоло закончил «уборку» и стоял, рассматривая чудной пистолет со встроенным глушителем, черной матовой шероховатой поверхностью, без спусковой скобы, когда шум в наушнике предупредил: сработала радиозакладка на люке грузового отсека. Кто – то непрошенный сейчас открывал замок.

– Что-то сегодня зачастили ко мне гости, – пробурчал колумбиец, укрываясь за огромными чемоданами, которыми отгородил себе схрон.

Замок в люке щелкнул и тот откинулся, повисла тишина. «Гость» прислушивался. Затем, примерно через минуту, стук обеих ног одновременно прозвучал раз, другой, третий: резко спрыгнув в трюм сразу на середину лестницы, проделывая почти акробатические кульбиты, «гость» очутился на полу, уйдя в сторону с вероятной линии открытия огня, и взял под прицел длинный коридор, держа пистолет двумя руками. Точно такой же керамический, какой оказался в руках заколотого. На полусогнутых ногах, почти балетным шагом, напоминающий змею перед броском, он двинулся вдоль прохода, улавливая малейшее движение вокруг себя всеми пятью известными и даже развитым шестым, на которое тоже полагался, чувством. Вдруг слева послышался тихий шум. Резко развернув корпус на носках на звук, он увидел периферийным зрением движение почти у себя за спиной. Так купиться, как салага! На брошенный простой комок бумаги!

Резко уходя вниз, с поворотом, агент предоставил рукам волю целиться самим – для прицельного выстрела не хватало времени. Руки самостоятельно, вспоминая многочасовые тренировки, довернули ствол на линию огня и отработали дуплет: два выстрела подряд в одну точку с минимальным промежутком времени. Руки отработали на автомате, мозг участия не принимал, потому что его ткань, «серое вещество», в этот момент разрывала керамическая пуля, вошедшая в переносицу. Потом тело, следуя за дернувшейся назад головой, запрокинулось и, грохнув затылком об пол, распласталось по нему, умерев еще в падении.

Через некоторое время из-за кучи чемоданов послышался щелчок, слабый треск и голос:

– Рауль? Срочно спустись в грузовой трюм. За мной надо почистить, – Паоло имел право выходить на связь только в самом крайнем случае. Сейчас как раз наступил такой случай.

Не очень заботясь о скрытности, металлом о металл ударил открываемый люк и каблуки громко затопали по ступенькам. Какая может быть маскировка, когда сам Винсента говорил таким голосом, что сразу стало ясно – у нас дела плохи.