Читаем Спираль разума полностью

Уже поднимаясь по трапу, Александр услышал визг тормозов. «Десятка» стояла на полдороге к грунтовке, а рядом с ней, по направлению к вертолету, остановились «Жигули» девятой модели. Перебросившись парой слов, машины разъехались, и теперь к самому трапу подъезжала, немилосердно трясясь на ухабах, вторая машина.

– Вот и еще один наш пассажир – встречавший у трапа человек, по видимому командир экипажа, с любопытством разглядывал нового визитера. – ваш штурман, Алексей Семенович.

Из «девятки» выходил, улыбаясь голливудской улыбкой на все тридцать два зуба, китаец. Ни про какого спутника, или штурмана, да еще и иностранца Сеть не предупреждала. «Странно, Вакса мне про него ничего не сказала. Все секретничает. Наверное есть причины помалкивать о своих планах», – Захаренко про себя пожал плечами и сейчас с любопытством разглядывал подходящего к трапу вертолета человека. Невысокий, неопределенного возраста, в цивильном костюме, он производил впечатление самой доброжелательности улыбкой и лучащимися веселыми глазами.

– Здравствуйте, Алексей Семенович, – он поздоровался за руку со стоящим на ступеньках «полковником ФСБ». Крепкое рукопожатие, похожее на тиски, и правильная, быстрая, почти без акцента речь.

По планам Ваксы, Саше предстояла долгий полет. И если та «назначила» штурманом азиата, наверное и конечная цель лежит на Востоке. Скорее не из недоверия к Сети, а из выработанной работой подозрительностью, он аккуратно проник в мозг штурмана. Не углубляясь, читая по самой поверхности. Подозрения развеялись, когда он прочитал ясную и четкую мысль: предстоявшая прокладка курса самолета.

Разместились в десантном отсеке, взревели газотурбинные двигатели, весь корпус неприятно завибрировал, качнулся на рессорах из стороны в сторону, и пятидесятитонная махина начала подъем. Тяжелый, неповоротливый транспотрник, гудя и трясясь, поднимался все выше, пока деревья внизу не превратились в игрушечные. Потом нос вертолета наклонился вперед и он, все больше разгоняясь, понесся параллельно земле.

Внизу, за иллюминатором, со скоростью 300 км/час, мелькали поля, реки. Напротив, у противоположного борта, с закрытыми глазами сидел китаец. Дружелюбная маска с лица исчезла и он сейчас казался безучастной ко всему статуей. То ли спал, то ли медитировал с закрытыми глазами. Захаренко не обращал на него внимания. Как и на проносившийся за круглым окном пейзаж. Он сейчас видел перед собой только рыжие волосы. Как-то нехорошо они расстались со Светой.

В ушах гудели и гремели турбины, вокруг все мелко тряслось. От мрачных мыслей отвлек вид, открывающийся впереди. Аэродром, взлетная полоса, и на ней в самом начале, готовый к старту, стоял красавец Ту-160. Стремительные, хищные очертания, расправленные перед взлетом крылья, он поражал изяществом, плавностью форм, несмотря на огромные размеры.

Колеса шасси мягко коснулись земли чуть ли не у самого трапа ракетоносца, из динамика по отсеку прогудел голос командира экипажа:

– Прибыли на место. Борт взлетает через минуту.

Китайца как ветром сдуло со своего сидения. Когда, пригибаясь от урагана воздуха из-под винта вертолета, Захаренко спускался по трапу, азиат уже стоял перед экипажем стратегического бомбардировщика. Те вчетвером выстроились у кабины самолета, двумя руками удерживая головные уборы.

Сзади лязгнул закрывающийся люк, турбины взревели еще громче, и винтокрыл оторвался от земли, разворачиваясь в воздухе и набирая высоту.

Азиат что–то кричал экипажу, пытаясь перекрыть гул двигателей. Потом он достал бумаги и подал их старшему из стоящей четверки. Для экипажа назначение в рейс нового штурмана то же оказалось неожиданностью. После недолгих прений один летчик развернулся и побежал в сторону здания аэропорта.

– Полковник Зарков, – Захаренко раскрыл корочки, остановившись в двух шагах от маленького строя из четырех пилотов, место одного из которых уже занял китаец.

– Командир корабля подполковник Завалихин, – представился старший изо всех по возрасту, лет тридцати пяти мужчина, сделав шаг вперед. – Мой экипаж – второй пилот, штурман и… штурман, – представил он стоящих, причем последнего представил с некоторым удивлением.

– Добро пожаловать на борт самого мощного боевого авиационного комплекса в мире, – продолжил, улыбнувшись, командир корабля. Улыбка вышла несколько натянутой, через добродушную маску явно сквозило недопонимание сложившейся ситуации и настороженность.