– А ты далеко не бедная овечка, какой кажешься. Сперва отправила Ритку на «казнь», теперь задумала увести у нее друга. Но ничего, ей полезно. Глядишь, гонору поубавится.

Пленница сглотнула. Что поделать: сложные ситуации требуют сложных решений. В конце концов, это ведь понарошку. Как и все, творящееся под Куполом. Законы, обычаи, поклонение Стражу – лишь лицемерная игра, лживый спектакль, но когда власть деспота рухнет, люди узнают правду. И заживут так, как посчитают нужным, а не по указке закомплексованной карги.

– Хотела спросить…

– Ну?

– Почему бы не позволить им быть вместе? Раз у них чувства.

– Все просто. Дай поблажку одним, и вторые тоже захотят. А там и третьи подключатся: им можно, а нам? И все – конец порядку, а потом и всей общине. Поэтому или по-моему, или никак, – холодно подытожила Аманда. – Но не переживай. Вы с Максом будете хорошей парой. Если ему повезет, конечно, – тиран с ангельским личиком подмигнула и шепнула напоследок: – Отдыхай. Завтра важный день.

Глава 14

Бунт на шахматной доске

Вернувшись домой, Арина забралась на верхнюю койку и уставилась в потолок. Голова шла кругом от нелегких раздумий. Надо как-то вытащить близких, помириться с Ритой, избавиться от бабки… смотрины эти еще первобытные. И хотя нервы ее были напряжены до предела, девушка внезапно погрузилась в сон. Минуту назад ее трясло от волнения, а затем по венам словно пустили слоновью дозу наркоза. Ноги стали ватными, онемение быстро разлилось по груди и рукам. Сознание еще боролось с внезапным приступом, а тело уже не слушалось. Более того – никак не ощущалось.

Кроха задергалась, попыталась закричать и ухнула в забытье. Комнату заволокло туманом – почти таким же, как на подступах к Погосту. Клубящиеся корни заползли в окно и растеклись по стенам, потолку и кроваткам, меж которых сновали неясные тени. В глаза как будто брызнули водой: все помутнело, исказилось, ничего не разобрать, кроме очертаний и силуэтов. Но приглушенные голоса определенно принадлежали детям.

Арина наклонилась и увидела бурые ромбы истоптанного ковра, а на них – деревянные кубики: пять букв, четыре цифры. Какое-то слово и дата, но разглядеть невозможно. Мало того, что все было подернуто дымкой, так еще увиденное почти сразу стиралось из памяти. Из чужой памяти. Девушка родилась в метро и никаких кубиков отродясь не видела. Окно с нежно-голубым летним небом – тем более. В чей сон она вторглась и как? Или ее пригласили, дабы что-то показать?

Дверь открылась, хотя секунду назад никакой двери и в помине не было. Она просто появилась в нужный момент, впустив в комнату людей со смазанными лицами. Слева – женщина в белом халате, а рядом – высокий мужчина в черном деловом костюме. Его туфли со скошенными носками казались очень дорогими в сравнении с потертыми балетками.

– Возьму десяток, – сказал он таким тоном, словно собирался купить яиц. – Трех мальчиков от пяти до восьми. Девочек можно помладше.

– Антон Владимирович, – испуганно ответила незнакомка. – Я все понимаю, вашей помощью приют только и выживает. Но нельзя просто взять десять детей разом.

– Можно, – в прежде спокойный властный голос вклинилось легкое раздражение. Гость явно привык к лести и полному подчинению и терпеть не мог, когда с ним спорили. – Вот документы. – Он похлопал по кожаному портфелю.

– Даже не знаю…

– А знать и не нужно. Ваша задача – сделать все, как постановили органы опеки. Не переживайте, в нашем пансионате детишкам будет гораздо лучше.

Неизвестная глубоко вздохнула.

– Ну же, смелее, Анюта. Или стоит звать вас… Аманда? Как на том сайте?

– Откуда вы?..

– Оттуда, Анюта, оттуда. Впрочем, ваше беспокойство похвально. Вы на хорошем счету в «Совенке». Прилежная, умная, прекрасно ладите с трудными подростками. Нам нужны такие кадры. Не могу вдаваться в детали, но настоятельно советую согласиться.

– Я… могу подумать?

– Подумать можете. Болтать – нет. Для вашего же блага, – он усмехнулся, – Аманда.

Малыш в синих колготках подошел к нему и воздел ручонки.

– Вы мой папа?

Та, в чьи воспоминания проникла Арина, вдруг неистово зарыдала.

– Эй! – Маша потрясла девушку за плечо.

Кроха вскочила, насквозь промокшая, в ледяном поту, и чуть не грохнулась с койки.

– Кошмар?

– Д-да… – пробормотала девушка и с опаской огляделась.

Работница поставила на стол лукошко с огурцами, капустой и вареной картошкой.

– Привыкай. Скоро каждая ночь станет кошмаром.