– Не повезло, – усмехнулась Даша, следящая за инвентарем. – Таскайте воду. Колодец у базы, Рита покажет.

– А почему бы насос не поставить?

– А почему бы тебе не заткнуться?

– Ясно, понятно. Удачного дня.

Улица, по которой они шли, была самой широкой и населенной. И отлично просматривалась от ворот. Но иной возможности пошарить по заброшкам могло и не выпасть. А так и отговорка готова: пошла за водой, да заблудилась. Вряд ли за такое накажут, хотя, зная местные порядки, исключать такую возможность не стоило. Но на одной чаше весов была спина подруги, а на второй – судьба отца и всех этих забитых, погрязших во лжи страдальцев. И вторая заметно перевешивала. Как известно, важнее одной жизни могут быть только две жизни.

Предупредив спутницу, Кроха юркнула в тесный проход между домами. Перед ней протянулся коридор крапивы со стеблями в палец толщиной. Жгучие волоски свисали с них длинной бахромой. Арина поморщилась, словно проглотила кусок тухлой свинины. Надо было возвращаться и искать другой путь, но с улицы донесся тяжелый топот армейских ботинок, причем приближались явно двое. Кто-нибудь наверняка заглянет в подворотню и сразу заметит серое пятно на зеленом фоне. Интересно, что больнее – плетка или крапива?

– Что там, Михась?

Верзила в «Березке» сощурился и повел плечом.

– Не пойму. Вроде кусты шелохнулись.

Напарник хохотнул.

– Совсем дошел со своей бдительностью. Кто ж туда в здравом уме полезет?

Хлопковый балахон спасал от жгучих волосков чуть лучше, чем марля от дождя. Под кожу словно впрыснули кипяток, все тело горело огнем, руки и щиколотки распухли и покраснели. Кроха бежала со всех ног, прикрывая лицо руками. Двадцать шагов, казалось, растянулись на целый час.

Кубарем выкатившись из зарослей, вымазанная крапивным соком, она упала на траву и попыталась вдохнуть. Но легкие словно уменьшились втрое, а горло сжало изнутри. Чем дольше девушка лежала, тем сильнее ощущался невыносимый зуд в мышцах. Кое-как встав, она завалилась в кособокий домишко с местами обвалившейся черепичной крышей. И как раз вовремя – с улицы донеслись голоса.

– Точно видел! Кто-то выбежал отсюда!

– Во дела. Вся крапива поломана. Дуй на поле и узнай, кого нет. А я пока осмотрюсь.

– Ага. Если что – зови.

Беглянка забилась под пыльную кровать и зажала рот ладонью. Ее будто окунули в чан с хорошенько прогретой водой и подбросили дров. Из воспаленных глаз лило ручьями, от удушья в висках стучали молоты.

– Эй, ты тут? – грязные «берцы» замерли в метре от укрытия. – Все в порядке? У меня лекарство есть. – Хлопок по карману. – Вылезай, а то помрешь еще.

Вслед за слезами по опухшим губам обильно потекли сопли. Арина с трудом соображала, в голове вертелось одно слово – лекарство. Стоит выдать себя – и мучение закончится. Соврет что-нибудь, мол, заблудилась и полезла в крапиву по незнанию, дура этакая. Может, даже не высекут. Но тогда вся задумка пойдет крысе под хвост, а сталкеры так и будут попадать в лапы безумной бабки. Как же горит…

– Михась! – крикнул вернувшийся напарник. – Сказали, Ритка и Арина по воду пошли.

В пропахшей нафталином тишине отчетливо хрустнули костяшки.

– Это новенькая смылась, зуб даю! Бегом к колодцу, и вытряси из нашей недотроги все, что сможешь.

– Лады. А ты тут поищи.

Девушка зажмурилась. Из-за нее подруге снова влетит. Может, все же сдаться и попробовать позже? Потерпит денек, зато ее не тронут. Но потерпит ли отец? Что вообще с ним делают в башне? А другие бродяги? Скольких еще заманит в сети толстая паучиха?

– Поищи-поищи, – Михась потоптался на месте. – Что мне, под каждую кровать заглядывать?

Кроха вздрогнула и затаила дыхание. Получилось с трудом – и так от недостатка воздуха все плыло и кружилось. Бородач еще немного поскрипел половицами, чихнул и удалился. Лишь когда все звуки стихли, Арина вылезла из-под койки. На возвращение оставались считаные минуты: чем быстрее справится – тем меньше достанется смуглянке.

– В кусты пошла, – спокойно ответила Рита.

– Брешешь, дрянь! – узловатые пальцы вцепились в плечо. – Кто в крапиву по нужде ходит?

– Больно…

– Щас еще больнее будет. А ну, говори, где бесовка?

– Да что ты пристал?! Она травы никогда не видела. Вот и полезла, куда попало.

– Врешь, падаль. По глазам вижу, – мужик отстегнул ремешок от «Кедра». – Мало вчера всыпали? Не вопрос, добавим.

– Эй! Я здесь!

Дозорный обернулся и присвистнул.

– Етицкая сила. И правда, в крапиву залезла. А-ха-ха, во бестолочь!

– Да, – Арина вяло улыбнулась. – Есть немного.

И грохнулась плашмя.

Глава 13

Сделка с дьяволом

Она с трудом разлепила опухшие веки. Перед лицом маячило что-то темное. Зрение потихоньку прояснялось: яркое пятно вдали стало окном, похожая на снег куча – ворохом тряпья, сплошная белизна прочертилась ровными кирпичиками.

– Ты как? – спросила Рита.

– Все зудит, – простонали ей в ответ.

– Не чешись, скоро пройдет. В тебя вкололи целое ведро.

Арина привстала на локтях и тряхнула головой.

– Долго я спала?

– Два часа.

– Сама как?

Рита завела за ухо смолянистую прядь. Под левым глазом набух свежий синяк.