Читаем Спящий сфинкс полностью

— Сэр, так считает ваша собственная дочь. Во всяком случае, именно так она сказала Холдену, — ответил доктор Фелл. — Если Марго хотела развода, она наверняка назвала мужу имя любовника. Потом (обратите внимание!) наступает период опасного затишья, пока разрабатываются планы на жизнь. Но все это разрешается трагедией, когда Марго с мужем и сестрой за два дня до Рождества едут в «Касуолл». Представьте себе силу этой сцены, описанной Силией, что произошла накануне праздника! Торли Марш весь вечер бледен как полотно, так что Оби решает, что он болен: у него яростные и мертвые глаза. Он подчеркнуто вежлив. Его жена, напротив, вся буквально светится радостью, как сказали вы, сэр Дэнверс. И мы не можем упустить это из виду. Позже, днем или на закате — уже после короткого визита в «Уайдстэрз», где она разыскивала мужа, — она предпринимает последнюю попытку и пытается договориться с ним о разводе. Но Торли Марш отказывает. Она и на мгновение не может себе представить, что ее муж, как бы это сказать, питает чувства к Дорис Локи. Нет! Она считает, что это только ее дело! Все прочее не имеет значения. Марго Марш решилась. Это было типичное решение истерички.

Доктор Фелл помолчал, указав пустой трубкой в сторону Холдена.

— Холден попал в точку или почти в точку, когда написал на клочке бумаги и передал мне три слова. Он угадал, каково было решение Марго и ее любовника. Скажите теперь этим джентльменам, что это было!

— Но… — начал было Холден.

— Скажите им!

Локи и доктор Шептон, вытаращив глаза, смотрели на Холдена. Всеобщее напряжение достигло такой степени, что никто, за исключением доктора Фелла, не мог усидеть на месте спокойно.

— Если мы решили, что это было убийство… — начал Холден.

— Продолжайте!

— Если мы решили, что это было убийство, то есть только одно объяснение, почему оно так походило на самоубийство. Марго действительно среди ночи переоделась в черное платье: словно для торжественного ужина, как сказала Силия. У Марго имелся пузырек с ядом, который, как нам теперь известно, содержал смесь морфина и белладонны. И я написал для доктора Фелла: «Договор о самоубийстве».

Локи даже вскочил:

— То есть вы хотите сказать…

— Да, да. Договор о самоубийстве, заключенный между Марго и ее любовником. Ночью в условленный час любовники, находясь в разных местах, каждый по отдельности и оба одновременно должны были принять яд. Но он-то с самого начала не собирался выполнять свою часть договора. В этом и заключался безукоризненный способ убийства.

Потрясенный, Локи уронил на пол шляпу, перчатки и трость.

— Доктор Фелл, это правда? — недоуменно спросил он.

— В известной мере, да.

— В известной мере?

— Если это правда, — продолжал Холден, — это означает убийство на расстоянии. Убийце вовсе не нужно было проникать в дом.

— И все же он проник в него, — сказал доктор Фелл.

— Проник в дом?! — прошептал Локи пересохшими губами.

— Да.

— Но…

— Я же сказал вам, — раздраженно воскликнул доктор Фелл, — что люди, больные истерией, на самом деле никогда не кончают с собой! Да, Марго Марш страстно желала совершить самоубийство ради любви. Она искренне верила, что это у нее получится. И она даже могла бы выпить яд.

— Тогда в чем же дело?

— Но, как человек, страдающий истерией, увидев первые признаки смертельного отравления, она бы не выдержала. Она бы начала звать на помощь и использовала бы ситуацию как оружие, как рычаг, чтобы надавить на Торли Марша и добиться чего хотела. Одним словом, она бы не умерла, если бы только…

— Продолжайте!

— Если бы только, — сказал доктор Фелл, — кто-то не прокрался в дом и не ударил ее так, чтобы она потеряла сознание. Потеряла сознание! И тогда яд спокойно сделал свое дело. Так что, как видите, убийца был в доме.

— Слава богу! — вырвалось у Локи, у которого от волнения вздулись на шее вены. — Слава богу!

— Почему вы так говорите?

— Я понимаю, это жестоко! Очень жестоко! — спохватился Локи. — Но я все равно скажу. Убийца был в доме, и слава богу! Потому что иначе убийцей мог оказаться Торли Марш. Хотя нет, этого быть не могло! Или Силия Деверо. Нет, такое тоже невозможно! Или… Дерек Херст-Гор.

— Необязательно, — заметил доктор Фелл.

— Господи! — взорвался вдруг доктор Шептон. — Да объясните, в конце концов, что вы хотите сказать!

— Как вам будет угодно, — согласился доктор Фелл. — Хотите, я прямо сейчас покажу вам убийцу?

— Где? — спросил Локи, озираясь.

— Видите ли, — сказал доктор Фелл, — в рассказе Силии Деверо содержались вполне ясные указания — например, где искать убийцу. Я приехал в четверг вечером в «Касуолл», задал вопросы и получил на них желаемые ответы. Клянусь вам, я получил даже больше ответов, чем хотел. — Доктор Фелл медленно поднялся на ноги, отодвинув огромное кресло. — Что до того, как убийца оказался в доме…

— Кто бы он ни был, он бы никак не смог войти с улицы! — не сдержавшись, перебил его Локи.

— Почему?

— Каждый вечер замок надежно запирается и превращается в неприступную крепость, — объяснил Локи. — Которую окружает ров шириной тридцать футов, а глубиной — двенадцать.

Перейти на страницу:

Все книги серии Доктор Гидеон Фелл

Слепой цирюльник [litres]
Слепой цирюльник [litres]

Золотой век детектива подарил нам множество звездных имен. Произведения таких писателей, как Агата Кристи, Гилберт Честертон, Эрл Стэнли Гарднер, Рекс Стаут, развивали и совершенствовали детективный жанр, их романы, безоговорочно признанные классикой, по сей день любимы читателями и являются эталоном качества для последующих поколений авторов детективных историй. Почетное место в этой плеяде по праву принадлежит Джону Диксону Карру (1906–1977) – виртуозному мастеру идеально построенных «невозможных преступлений в запертой комнате». Роман «Слепой цирюльник» продолжает серию книг о сыщике-любителе докторе Гидеоне Фелле. Внешность героя, предположительно, была списана с другого корифея детективного жанра – Гилберта Честертона, а его заслуги в истории детективного жанра, по мнению большинства почитателей творчества Карра, поистине вызывают уважение. Так, писатель Кингсли Эмис в своем эссе «Мои любимые сыщики» назвал доктора Фелла «одним из трех великих преемников Шерлока Холмса».

Джон Диксон Карр

Классический детектив
Изогнутая петля
Изогнутая петля

Золотой век детектива подарил нам множество звездных имен. Произведения таких писателей, как Агата Кристи, Гилберт Честертон, Эрл Стэнли Гарднер, Рекс Стаут, развивали и совершенствовали детективный жанр, их романы, безоговорочно признанные классикой, по сей день любимы читателями и являются эталоном качества для последующих поколений авторов детективных историй. Почетное место в этой плеяде по праву принадлежит Джону Диксону Карру (1906–1977) – виртуозному мастеру идеально построенных «невозможных преступлений в запертой комнате».Роман «Изогнутая петля» продолжает серию книг о сыщике-любителе докторе Гидеоне Фелле. Внешность героя, предположительно, была списана с другого корифея детективного жанра – Гилберта Честертона, а его заслуги в истории детективного жанра, по мнению большинства почитателей творчества Карра, поистине вызывают уважение. Так, писатель Кингсли Эмис в своем эссе «Мои любимые сыщики» назвал доктора Фелла «одним из трех великих преемников Шерлока Холмса».

Джон Диксон Карр

Детективы / Классический детектив / Классическая проза ХX века

Похожие книги

Безмолвный пациент
Безмолвный пациент

Жизнь Алисии Беренсон кажется идеальной. Известная художница вышла замуж за востребованного модного фотографа. Она живет в одном из самых привлекательных и дорогих районов Лондона, в роскошном доме с большими окнами, выходящими в парк. Однажды поздним вечером, когда ее муж Габриэль возвращается домой с очередной съемки, Алисия пять раз стреляет ему в лицо. И с тех пор не произносит ни слова.Отказ Алисии говорить или давать какие-либо объяснения будоражит общественное воображение. Тайна делает художницу знаменитой. И в то время как сама она находится на принудительном лечении, цена ее последней работы – автопортрета с единственной надписью по-гречески «АЛКЕСТА» – стремительно растет.Тео Фабер – криминальный психотерапевт. Он долго ждал возможности поработать с Алисией, заставить ее говорить. Но что скрывается за его одержимостью безумной мужеубийцей и к чему приведут все эти психологические эксперименты? Возможно, к истине, которая угрожает поглотить и его самого…

Алекс Михаэлидес

Детективы
Тьма после рассвета
Тьма после рассвета

Ноябрь 1982 года. Годовщина свадьбы супругов Смелянских омрачена смертью Леонида Брежнева. Новый генсек — большой стресс для людей, которым есть что терять. А Смелянские и их гости как раз из таких — настоящая номенклатурная элита. Но это еще не самое страшное. Вечером их тринадцатилетний сын Сережа и дочь подруги Алена ушли в кинотеатр и не вернулись… После звонка «с самого верха» к поискам пропавших детей подключают майора милиции Виктора Гордеева. От быстрого и, главное, положительного результата зависит его перевод на должность замначальника «убойного» отдела. Но какие тут могут быть гарантии? А если они уже мертвы? Тем более в стране орудует маньяк, убивающий подростков 13–16 лет. И друг Гордеева — сотрудник уголовного розыска Леонид Череменин — предполагает худшее. Впрочем, у его приемной дочери — недавней выпускницы юрфака МГУ Насти Каменской — иное мнение: пропавшие дети не вписываются в почерк серийного убийцы. Опера начинают отрабатывать все возможные версии. А потом к расследованию подключаются сотрудники КГБ…

Александра Маринина

Детективы