Читаем Спящий сфинкс полностью

— В ванную, — кивнул Гидеон Фелл. — А дверь из ванной в спальню супруги была открыта или закрыта?

— Закрыта и заперта изнутри.

— Каким образом вы узнали, что дверь заперта изнутри?

— Так случалось всегда, — пожал плечами Торли.

— Вы почистили зубы. А потом?

— Вернулся в спальню, закрыл дверь и лег. Но в тот вечер я не был настолько пьян, чтобы сразу уснуть.

— Продолжайте!

— Эта ночь была не из тех, когда стоит положить голову на подушку, как кровать под тобой начинает куда-то уплывать, и ты проваливаешься в небытие, — одним словом, меня не сморил беспробудный сон. Временами я погружался в тяжелое забытье, потом снова приходил в себя, то засыпал, то просыпался, — в общем, в голове все перепуталось. В конце концов я довольно крепко уснул, потому что после внезапного пробуждения выяснилось, что прошло довольно много времени.

— Что же вас разбудило? — заинтересовался доктор Фелл. — Вспомните! Может, какой-то шум?

— Не знаю. — Торли задумчиво покачал головой. — Потом мне почудился голос Марго — будто она стонала или звала на помощь откуда-то издалека.

— Продолжайте!

— Я сел на постели и зажег свет. Меня по-прежнему мутило, и голова трещала, но я порядком протрезвел. Часы показывали два. Потом я прислушался и снова уловил эти стоны — они были ужасны. Я встал с постели и поплелся в ванную.

Все, не шевелясь и затаив дыхание, молча слушали рассказчика.

— Свет в ванной был зажжен? — произнес доктор.

— Нет. Но я включил его. Дверь в спальню Марго была распахнута, — продолжал Марш. — Да, и вот еще что! Пока я спал, Марго, похоже, принимала ванну.

— Принимала ванну?!

— Да. На краю ванной висело полотенце, а пол был залит водой. Я помню, что здорово разозлился, — противно было ступать босиком по этим лужам! Я вернулся к себе, надел шлепанцы и снова вошел в ванную комнату. Там ничего не изменилось. Тогда я заглянул в спальню к Марго.

Ни единый мускул не дрогнул на лице Гидеона Фелла, рукой он по-прежнему упирался в стол, зато зрачки внезапно расширились, словно доктор что-то вспомнил или сообразил. Однако это неуловимое изменение не разрушило чар, околдовавших Торли. Голоса собеседников теперь звучали громче, и Торли все дальше и дальше углублялся в события той печальной ночи.

— Я заглянул в спальню. Свет не был зажжен, но я и так заметил, что комната пуста.

— Шторы были задернуты? — быстро спросил доктор Фелл.

— Нет. Поэтому-то я и разглядел, что жены нет в спальне, — через окно проникал слабый свет, наверное звездный. Покрывало на постели оставалось несмятым, а тишина и холод царили как в склепе. Потом я снова услышал стоны и крики, раздававшиеся так близко, что у меня мурашки побежали по коже. Под дверью в гостиную Марго я заметил полоску света.

— Продолжайте! — подбодрил рассказчика доктор.

Торли говорил громко и быстро:

— Я отворил дверь. В комнате было тепло — в камине еще горел огонь. Все светильники на стенах были зажжены. Возле столика я увидел шезлонг со множеством подушек.

— Продолжайте!

— Марго лежала на спине, только слегка завалившись на бок. Из горла у нее вырывалось невнятное бормотание.

Я позвал ее: «Марго!» — она застонала и скрючилась, но глаз не открыла. Я попробовал усадить ее прямо, хотя жена никогда не была особенно легкой, но голова Марго все время клонилась вперед. Я пробовал встряхнуть ее, чтобы привести в чувство, но и это не помогло. Тогда я по-настоящему испугался и сломя голову бросился в ванную.

— Пузырек с ядом все еще находился в шкафчике? — быстро спросил собеседник. — Вы нашли его?

— Нет, он исчез! Марго могла… — Торли осекся на полуслове.

Наступила мертвая тишина. Торли все понял. Голос его дрожал и ломался, когда он медленно повторил: «Могла…» Затем вдовец окончательно сник, застыл, словно окаменелый, темные глаза потускнели и стали безжизненными.

Доктор Фелл наконец распрямился.

— Итак, мы только что узнали, — в его ровном голосе не слышалось удовлетворения или какой-либо иной интонации, — что в шкафчике действительно, как и утверждала мисс Силия Деверо, находился коричневый пузырек с надписью «Яд».

И снова никто не пошевельнулся. Собравшиеся не отваживались нарушить гробовое молчание, заполнявшее галерею.

— Это была ловушка! — в отчаянии крикнул Марш. — Самая настоящая ловушка! Подлая и бесчестная!

— Ничего подобного, — спокойно возразил Гидеон Фелл, кладя трость на стеклянную поверхность столика. — У меня, сэр, были все основания подозревать вас во лжи. Если вы знали о существовании флакона с ядом в аптечке, то, найдя жену при смерти, должны были первым делом броситься в ванную, проверяя, на месте ли пузырек. Видит бог, я всего лишь подтолкнул вас к откровенности, и не более. Теперь понимаете?

Дэнверс Локи, элегантный и надменный, поднялся.

— Уже поздно, — заметил он. — Думаю, Дорис, нам пора.

Силия тоже встала, глаза ее блестели.

— Я вовсе не хочу торжествовать победу, Торли, — проговорила она. — Но только больше никогда, никогда в жизни не называй меня сумасшедшей. — Она вдруг обернулась к Холдену и, едва сдерживая слезы, протянула к нему руки. — Дон, милый!..