Читаем Спящий сфинкс полностью

Дону тут же припомнились другие слова, написанные карандашом: «Я не могу говорить в чьем-либо присутствии. Не затруднит ли вас с наступлением темноты сопровождать меня на кладбище в качестве свидетеля и присутствовать при отпирании склепа, чтобы проверить, не навещали ли его призраки?» Кошмар снова становился явью. С другой стороны, Дональд понял, что у них с Гидеоном Феллом скоро появится общая тайна. Он вдруг с радостью осознал, что они стали союзниками. Доктор Фелл, видимо, выступает на его стороне, а тем самым и на стороне Силии.

А Дэнверс Локи продолжал:

— Доктор, каковы же ваши вопросы?

— Ах да! Как человек исключительно деликатный, — проговорил доктор Фелл, дернув к себе столик, с которого попадали головные уборы и трости собравшихся, — как человек исключительно деликатный… — настаивал он, не переставая рывками подтягивать к себе стол и уронив чудом не разбившуюся лампу, — я хотел бы подойти к этому вопросу с величайшей осторожностью.

— Разумеется, — согласился Локи, поднимая с пола лампу и возвращая ее на столик.

— Э-э… благодарю, — произнес Гидеон Фелл.

Все уселись в кресла лицом к говорящему вокруг столика, а Торли примостился на подлокотнике кресла Дорис.

Мрачное предчувствие разом одолело всех. Доктор выложил на стол конверт и, приложив пальцы к вискам, закрыл глаза.

— Я прошу вас припомнить тот вечер двадцать третьего декабря, когда вы играли в «убийцу».

— Почему вас интересует именно игра? — заинтересовался Локи.

— Сэр, давайте договоримся, что вопросы задавать буду я, — напыщенно ответил собеседник.

— Простите. Итак?

— Я хочу, чтобы все присутствующие, особенно вы, сэр Дэнверс, подробно обрисовали мне эту игру. Итак, ваши гости и члены вашей семьи надевают личины известных убийц. Сами вы выбираете себе стальную маску палача. Голубое мерцание спиртовой чаши-светильника высвечивает в полумраке мрачные лица.

В комнате воцарилась тишина, слышно было только шумное дыхание доктора Фелла.

— Насколько я понял, сэр Дэнверс, вы лично раздавали маски игрокам?

— Разумеется.

— В тот день вы впервые продемонстрировали гостям свою коллекцию?

— Да.

— По какому принципу вы раздавали маски? — спросил представитель полиции, не открывая глаз. — Не руководствовались ли вы хотя бы отдаленным сходством между участником игры и его персонажем?

Локи выпрямился в кресле и улыбнулся. Свет от лампы подчеркивал его посеребренные сединой волосы и выступающие скулы.

— Бог ты мой, нет, конечно! — смущенно воскликнул он. — Даже наоборот! И я готов подтвердить это!

— Да, пожалуйста, — кивнул доктор.

— Например, миссис Торли Марш… — Локи продолжал улыбаться, хотя все остальные поежились, словно в комнате появился призрак Марго. — Так вот, миссис Марш я собирался выдать маску старухи Дайер, но она отказалась. Марго захотела во что бы то ни стало играть Эдит Томпсон. И я даже догадываюсь почему. Миссис Томпсон, как известно, была редкостной красавицей.

— Да-да… — пробормотал Гидеон Фелл, на секунду приподнявший веки, для того чтобы бросить любопытный взгляд на своего собеседника.

— А моя супруга, — продолжал сэр Дэнверс, — вообще играла Кейт Уэбстер, эдакую здоровенную бой-бабу, ирландку. Что же касается малышки Дорис… — Локи только махнул рукой. — Теперь, надеюсь, вы понимаете?

— Понимаю. Но почему вы решили, что игроки справятся со своими ролями, если они были выбраны случайно.

— Не вполне случайно. Видите ли, обладая такой обширной и разнообразной коллекцией масок…

— Так, так?..

— …а также располагая внушительной подборкой криминальной литературы, я удостоверился, что все наши друзья (за исключением бедняжки Силии, которой отвратительна преступная тематика) прекрасно знакомы с биографиями своих персонажей. Разумеется, я не имею в виду новичка в нашей компании — мистера Херст-Гора.

— Да, да, мистер Херст-Гор, — пробормотал доктор Фелл.

— К счастью, член парламента превосходно справился с возложенной на него задачей. Он был просто восхитителен в роли Смита, душителя невест.

Старинный друг «второй мамочки» приоткрыл глаза, украдкой бросив взгляд в сторону Дорис Локи, до сих пор пребывавшей в состоянии благоговейного трепета перед этой живой горой. Сейчас мисс Локи выглядела маленькой девочкой и все время пыталась нащупать руку Торли, сидевшего рядом.

— Хорошо, — кивнул доктор. — А теперь давайте поговорим о том, как выглядела в тот вечер миссис Марш. Сэр Дэнверс, не могли бы вы описать ее поведение?

— Я… э-э… не вполне понял вопрос, — недоуменно отозвался собеседник.

— Я имею в виду ее эмоциональное состояние перед отъездом домой, где после мнимого убийства она стала жертвой настоящего, — пояснил Гидеон Фелл. — Понимаете?

— Если выражаться старым театральным языком, — задумчиво проговорил Локи, — миссис Марш вела себя как королева трагедии.

— Так-так… А у вас не возникало впечатления, будто она приняла серьезное решение?

— Точно! — согласился пожилой джентльмен. — Вы сейчас очень правильно выразились!

— Вы согласны с этим, мистер Марш? — внезапно спросил доктор Фелл.