Спецназовец Крюк, оказавшийся ближе всех ко входу, сделал отчаянную попытку перехватить фельдфебеля, это ему почти что удалось, "о в последнюю секунду нога Муделя (как, впрочем, и всегда в моменты крайнего напряжения) предательски подломилась и рука спецназера схватила воздух над тем местом, где только что была его всклокоченная голова… Падающий Мудель издал странный булькающий звук и головой вперед влетел в почти что угасший портал. Перед глазами застывших людей мелькнули подошвы его подкованных солдатских сапог — и бравый солдат фюрера навсегда исчез из этого мира… Перламутровый энергетический цилиндр удовлетворенно вспыхнул и окончательно погас…

Наступившую тишину прервал виноватый бас Мелова:

— Пистолет у меня спер, гнида… Извините, товарищ генерал, вы сказали всем быть — ну я его и притащил с собой… Кто ж знал, что он, гепард хромоногий, такое выкинет?! Извините…

Юрий Сергеевич искоса посмотрел на совершенно обалдевшую, но зато в одночасье вышедшую из ступора Обиру и неожиданно даже для самого себя громко расхохотался…

Ни он, ни хохочущие вместе с ним солдаты обеих союзных ныне армий даже не представляли, что только что, буквально на их глазах, в очередной раз изменилась история. И причиной тому был — тоже в очередной, заметьте, раз! — глуповатый фельдфебель, решивший таким неожиданным способом искупить свою вину за имевшее место два дня назад досадное недоразумение, причиной коего был, как вы помните, он сам…

Никому из сущих не дано предугадать заранее, что (или "кого") изберет судьба очередным инструментом своего не подвластного человеческому пониманию Промысла. Так вышло и на сей раз — перманентное решение Муделя "быть рядом с господином капитаном" оказало на весь ход дальнейших событий самое радикальное воздействие — и вряд ли кто-нибудь из героев этой истории мог бы впоследствии пожалеть о появлении Муделя… Впрочем, обо всем по порядку…

* * *

Хранительница все-таки несколько ошиблась, и портал выхода открылся в метре над полом одного из многочисленных ярусов станции. Поэтому телепортировавшийся первым Анаболик, пройдя сквозь зыбкую завесу вне пространственного окна, провалился, как ему показалось вначале, в никуда. Но уже в следующее мгновение он по-кошачьи мягко опустился на четвереньки и сразу же откатился в сторону, едва не врезавшись при этом в стену теряющегося во тьме коридора. Привстав на одно колено и вскинув перед собой автомат, прапорщик резко крутанулся вокруг своей оси, осматривая периметр. Никого. Бесконечный, освещаемый лишь всполохами портала коридор — и все. Пустота и темень. И, кстати говоря, здесь есть чем дышать… Славненько… Значит, будем ждать боевого друга Окуня с остальными товарищами… Анаболик надвинул на лицо БПНВ и, не опуская автомата, поудобнее устроился на полу…

Впервые за последний миллион лет и во второй раз за все время существования боевой станции на нее ступила нога человека. Как и тогда, давным-давно, этот человек был воином и пришел сюда с единственной целью — победить врага и защитить свою планету… Защитить и победить…

Часть третья

СТАНЦИЯ

1

— Все в сборе… — подытожил Московенко, оглядев свой небольшой отряд. — И мы дышим… — Он потянул воздух носом, словно желая удостовериться в правоте собственных слов. Дышалось легко,[58] хотя окружающий воздух и имел какой-то необычный, резковато-пряный запах. — Значит, в этом Обира не ошиблась. Если так пойдет и дальше, наши шансы на благополучный исход, возможно, возрастут! — повеселевшим голосом закончил он. — Сверим часы — сейчас ровно восемь. Запомните: калитка домой откроется ровно через двенадцать и двадцать четыре часа, поэтому…

За спиной, возле почти полностью угасшего портала, раздался глухой удар и короткий стон. Люди стремительно обернулись, вскидывая оружие и готовясь увидеть там что угодно, любое воплощение таинственного врага, но только не… лежащего без сознания фельдфебеля Муделя (во время субпространственного прыжка он ухитрился выронить пистолет, который, покинув телепортационный канал на доли мгновения позже своего незадачливого хозяина, угодил ему прямо по затылку).

Первым опомнился Зельц: негромко щелкнул клапан раскрываемой кобуры, и рука капитана, чуть ли не против его воли, привычно обхватила ребристую рукоять. В следующую секунду ладонь Московенко властно легла на его запястье и вернула наполовину извлеченный наружу "парабеллум" обратно в кожаные недра кобуры:

— Нет, Ольгерт. Не знаю, откуда он тут взялся, но, думаю, это не выход…

Зельц с удивлением взглянул на расстегнутую кобуру и, испытывая стыд за свой неосознанный порыв, кивнул. Двое солдат подхватили Муделя под руки и утвердили в вертикальном положении. Несколько капель воды из фляги привели фельдфебеля в сознание — удивленно повертев головой, он разглядел наконец Зельца (несмотря на окончательно погасший портал, в коридоре не было слишком темно — слабый свет, казалось, исходил из самих стен) и просиял: