Читаем Спец экстра-класса полностью

Тракторист вовсю играл захмелевшего лихого наездника. Его стальной конь домчался до угла усадьбы, круто развернувшись, не снижая скорости, промчался вдоль ограды, снова развернулся и также зигзагообразно покатил восвояси.

На крыше особняка за гарцующим наездником с недоумением наблюдала группа арабов, еще несколько человек взобрались на ограду. У некоторых в руках были портативные пистолет-пулеметы.

Трактор пересек поле, выпрыгнул на трассу и, рыча, двинулся назад, где был оставлен плуг и незаконченная работа.

Виктор с облегчением вздохнул. Все обошлось и с трактористом, и с минами. Теперь следовало готовиться к предстоящей операции.

Насобирав среди развалин мелких щепок, Виктор соорудил небольшой костер, который вскоре выгорел дотла. Собрав древесный пепел в большую консервную банку, добавил туда зеленой травы, не успевших засохнуть листьев лопуха и стал все это растирать в пыль при помощи рукоятки кинжала. Когда смесь была готова, добавил туда мазь от обморожения и, тщательно размешав, получил маскировочную раскраску для тела.

Солнце закатилось за горизонт, напоследок окрасив верхушки проплывающих над полем облаков в нежно-розовый цвет. И скрылось, отдавая землю во власть ночи.

Стало быстро смеркаться, в стороне затянул свою бесконечную песню сверчок, на трассе множеством хищных глаз вспыхнули фары проезжающих машин.

Пора было готовиться к предстоящему «мероприятию». Вытащив из багажника бронированный кейс, Виктор открыл его и не спеша стал облачаться в камуфляжный комбинезон, маскировочные ботинки, гарнитуру. Затем развешал на поясе гранаты, чехлы с запасными обоймами к пистолетам, сами пистолеты сунул в открытые кобуры; прежде чем сунуть кинжал в ножны, попробовал заточку клинка.

Весь день занятый разведкой, он не позволял

себе думать на отвлеченные темы, теперь можно было дать себе несколько минут передышки.

«Если Дядя Федор жив, – размышлял Виктор, – то арабов я просто убью. Если нет – буду резать на куски».

Загнав кинжал в ножны, Виктор повесил на шею «хеклер кох» с навинченным глушителем и стал наносить на лицо маскировочную краску.

* * *

Черный джип «Чероки» замер, остановившись на небольшой лесной поляне. Широко зевая, из машины выбрался Хлюст. Несколько секунд он внимательно смотрел по сторонам, потом, обернувшись, сказал сидящим внутри подельникам:

– Вытаскивайте барбекю.

Из салона вездехода вывалились три невзрачных субъекта, одетых весьма неряшливо. Это была «личная гвардия» Хлюста, исконные жители тюрем и зон, стопроцентные отморозки.

Выбравшись наружу, они не спеша размяли суставы и только после этого вытащили наружу связанного по рукам и ногам Шаха.

Выкрасть авторитета прямо из-под носа личной охраны Хлюст считал своей самой лучшей задумкой. Еще бы, матерого спекулянта и кидалу обвести вокруг пальца, как обычного лоха.

Приехав в офис к Шаху, Вениамин изобразил на своем лице смесь испуга и заботы о пахане. И с порога рассказал о том, что законники узнали о его связи с «шерстяными» и Ужом, единодушно решили изменника приговорить и, не откладывая дело в долгий ящик, тут же «заказали».

– Что делать? – взвизгнул Фарид Шарипов. Бывший фарцовщик, занявший место на одной из вершин воровской иерархии, не был готов к тому, чтобы драться за свое место, за свою жизнь.

– Выход один, – сказал Хлюст. – Нужно по-тихому отсюда слинять и, как говорится, «залечь на матрасы». Потом определиться с тактикой действий, возможно, мы сами «закажем» законников – и тогда еще посмотрим, кто кого. Главное, выбраться отсюда незаметно.

Фарид от страха ничего не соображал и полностью доверился своему помощнику. Они никем не замеченные вышли из магазина «Ритуальные аксессуары» через подвал, которым давно никто не пользовался.

Проходными дворами они перешли на соседнюю улицу, где Хлюста ждал «Чероки» с тремя его отмороженными гвардейцами. Прямо там же Шаха оглушили, связали и бросили кулем под ноги.

Теперь он стоял посреди поляны связанный, испуганный, потерявший весь недавний лоск. Несмотря на жару, грузное тело Фарида била мелкая дрожь, на губах пузырилась слюна.

– Ты что, ты что это задумал? – бормотал он, глядя с нескрываемым испугом на своего недавнего помощника.

– Я же сказал, тебя приговорили паханы, не чета тебе, настоящие воровские. Нечего было якшаться с «шерстяными», порушил воровские традиции и законы. Так что, будь добр, отвечай, – с усмешкой произнес Хлюст, с интересом наблюдая, как его гвардейцы извлекают из багажника вездехода канистры с бензином.

– Чего ты хочешь? – Шарипов перешел на шепот, наивно надеясь, что он еще сможет заключить сделку. – Деньги? У меня есть, много… или, может, ты хочешь взять мой бизнес? Бери все, мне ничего не надо.

– Я и так все возьму, – криво оскалился Вениамин Сырцов, по-блатному сплюнув сквозь зубы. – А ты должен искупить свою вину, и с этим ничего не поделаешь. Давай, братва, поливай.

Трое уголовников с громким смехом стали поливать Шарипова. Тот, предвидя свой ужасный конец, с воем катался по земле и молил о пощаде.

– Черт, забыл. – Хлюст хлопнул себя по лбу. – А ну, кончай.