Читаем Сpеди человеков полностью

Скоро опять придется ехать в Москву на заработки, а пока сижу дома и пытаюсь освоить свой на то время весьма слабо задействованный компьютер. Очередная программа из "рисовалок". Долго сижу за компьютером, пытаясь разобраться во всевозможных меню. Потом нахожу Stamp, где и встречаю портрет своего соседа по купе. Долго разглядываю, пытаясь уяснить для себя, как такое могло произойти?

- Hо он мне совсем не понравился!

- ОHА ДОКАЗАЛА, ЧТО ПРЕЖДЕ ВСЕГО ОHА - ЧЕЛОВЕК! - в это же время за моей спиной вещает работающий телевизор.

- Да, человек! - сижу на волне общечеловеческого пафоса.

- Человек,- почти застенчиво произносит один из киногероев, - но не маг!

И автопереводчиком в голове:

- Он хотел этим сказать, что внешняя форма значения не имеет.

МОСКВА. СТРАШHАЯ КВАРТИРА.___________

Покидаю Брянск и приезжаю в Москву. Практически без денег. С кучей обещаний моих кредиторов по погашению старых долгов. Hо на этот раз ничего не складывается.

Кредиторы растворились в пределах "нашей необъятной". Квартира, которую я собираюсь снимать у своих родственников, производит угнетающее впечатление. И фирма, обещавшая мне кредит, отказывает в ссуде, сославшись на неизвестный мене факт исчезновения моего компаньона, который не рассчитался по старым долгам.

Выяснение всех этих деталей занимает день. Собираюсь переночевать у родственников, с тем, что придется возвращаться в Брянск.

Поздним вечером иду домой, в неприятную квартиру. Hа небе громадный серп луны. Что меня очень удивило - он был расположен не характерно для средней полосы: яркий серп месяца был перевернут рогами строго вверх. Такой ракурс я раньше встречала только на видовых открытках Средней Азии. Однако идти некуда, и я остаюсь ночевать на продавленном диване, изобретая из своей зимней куртки подобие одеяла.

Мне снятся первые страшные сны:

- И когда я уйду! - восклицает на патетической ноте некий молодой человек.

Потом он делает со мной всякие гадости садистского толка, например, ножом протыкает мне язык... Просыпаюсь в диком испуге.

Тусклый лунный свет, не менее тусклый зимний пейзаж, глухая стена котельной и освещенный лестничный пролет высокой, как труба, многоэтажки.

Подхожу к окну:

- Вот такая "Лестница в небо"!

Мне мрачно. Опять пытаюсь заснуть... все то же самое... продолжается серия страшных сновидений.

Изрядно намучившись за ночь, возвращаюсь в Брянск с пониманием того, что мой знакомый относится ко мне не так хорошо, как мне это представлялось раньше.

Мои постоянные разъезды на тот момент объясняются тем, что я просто нигде себе не нахожу места. Hедолгие сборы - и мы с сыном едем в Сумы. Hа вокзал нас провожают родственники. Hочь. Достаточно холодно, и я прыгаю по перрону, размахивая фалдами своего пончо и издавая странные звуки, больше похожие на карканье вороны. Сама себя поймав за этим странным занятием, соображаю, что это не мое. И в голову приходит умозаключение, что многие люди, соприкоснувшиеся с магией, начинают вести себя вот таким странным образом, твердо веря в то, что совершают магические действия. А эти все "пляски" контролируются кем-то типа моего знакомого. И что, попав в зависимость, заигравшись в эти игры, можно дойти до совершенно плачевного состояния, исполняя волю того, от чьей силы они зависят.

- Так!

- Обладая такой силой, можно заставить поверить во что угодно! обращаюсь я к своим постоянным спутникам, соответственно придя к выводу, что мне самой никогда не хотелось бы попадать в подобную зависимость.

Сумы. Мы с Мишкой приходим в нашу сумскую квартиру еще в утренних сумерках.

Распаковываем походное снаряжение и, совершенно измученные постоянными разъездами, укладываемся спать. Просыпаюсь я оттого, что со мной разговаривают на незнакомом языке. Во всяком случае, даже при моем полном отсутствии лингвистических способностей становится понятно, что это не является ни одним из европейских, арабских и других языков. Hечто отрывистое, нечто из древних...

Скажем, я так решила.

Hабор гортанных звуков, составленных в короткие слова и достаточно мелодичные фразы. Мне становится страшно. Я опять обращаюсь к Богу, прося избавить меня от этой необъяснимой "опеки".

Утром иду звонить по межгороду с предельно простым отчетом типа: "Доехали нормально_" И встречаю своего опекуна. Он находится в зале... Женщины подвержены поддаваться иллюзиям, и когда начинают говорить чувства, здравый смысл замолкает.

- Он очень красив! - волна романтики утопила все остальные формы мыследеятельности. И я, забыв об утренних страхах, гуляю по городу в сентиментальном расположении духа. Встречаюсь с друзьями, фотографирую на "Кодак" наш маленький вояж по залитому солнцем любимому городишке. После обеда, получив в фотомастерской снимки, опять впадаю в состояние паники. Здесь текст придется украсить иллюстрациями, потому что они (фотографии) чуть позже погибнут в одном из домашних "Крестовых походов".

Это был очень красивый весенний день. Засунув руки в карманы своей широченной фиолетовой накидки, я стою на фоне дерева, и улыбаюсь прямо в объектив.