– Помогите!!! – заорала Джульетта. – Кто-нибудь, помогите!

– Ты что? – удивился я.

– А что? Ты меня захватил, удерживаешь непонятно зачем... Знаешь, это гораздо более тяжкое преступление.

– А я тебя тоже не удерживаю...

– Тогда отпусти.

– Потом, – сказал я. – Сначала крысу.

Коростылева отвернулась. Я не знал, что делать. Ну не пытать же...

– Коростылева! – сказал я как можно более проникновенно. – Коростылева, я взываю к твоим патриотическим чувствам!

– Я гражданин мира.

Судя по всему, убедить эту красавицу не удастся. По-хорошему.

– Девочка плачет, – сказал я. – У этой крысы есть хозяйка, девочка Мэри. Она эту крысу очень любит...

Коростылева фыркнула. Страдания американской девочки ее не трогали.

Ну, что оставалось делать?

Глава 8

Элвис, где ты?

Тоска поджидала меня возле школы, на скамеечке. Одна. Этот Питер, видимо, вещи укладывал. В дорогу.

– Ну что? – спросила Тоска.

– Ничего. Пока.

– А Элвис?

– Нет Элвиса. Говорит, что выпустит его на волю.

– Как на волю?! – Тоска чуть не подпрыгнула. – Как на волю?! Он же погибнет на воле! Это же белая крыса, она в природе и дня не протянет...

– Девчонка собирается обучить Элвиса охотиться, – ответил я. – Сделает из него настоящего Рэмбо, потом перекрасит в маскировочный цвет, затем отпустит. Так что Элвис будет свободен. Как ветер. Очень скоро.

Я поглядел в сторону станции юннатов. Вот уж не знал, что юннаты такие фанаты.

– Ты бы пригрозил ей...

– Я пригрозил, – махнул рукой я. – Я грозил, давил, взывал. Бесполезно. Фанатка. Настоящая фанатка. Что мне, утюгом ее пытать, что ли? Пару иголок под ногти загнать? Я ее отпустил.

– А международный скандал?

– Это ей и надо. Скандал привлечет внимание к защитникам животных... Ну и так далее. Ей денег на приют для бездомных собак надо, у нее не приют, а сарай какой-то. А после такого инцидента мировая общественность всколыхнется... Короче, скандал ей только на руку. Прославится.

– И что?

– Скорее всего она Элвиса дома держит... У меня тут идея возникла. Но все надо сделать... На уровне, короче. Ты говорила, что этот ваш Вацлав Тимофеевич окажет помощь?

– Окажет... Ну, конечно, он вряд ли может танковую дивизию подогнать.

– У вас там, – я кивнул на школу, – кругом разная эмчеэсовская дребедень. «Юный Друг Пожарных», «Как вести себя при наводнении», ну все это... Это откуда?

– У нас МЧС – шефы, – пояснила Тоска. – А в нашей школе есть добровольная дружина помощи, ребята занимаются, некоторые девчонки тоже... А потом можно в училища МЧС поступать. Вообще, Вацлав Тимофеевич, он раньше в пожарной охране служил, а затем, на одном из пожаров он очень сильно...

– Потом лирика, потом, – перебил я. – Твой Вацлав может... организовать некое представление?

– Ну, я не знаю...

– Вы хотите свою крысу заполучить? – меня начали раздражать все эти «ну, я не знаю».

– Хотим...

– Тогда звони своему Вацлаву Тимофеевичу. Времени нет!

– Сейчас?

– Нет, завтра! У нас четыре часа. К тому же Коростылева вполне может домой отправиться, так что надо нам успеть. Так. Задача первая – звони Вацлаву. Задача вторая...

– Я тебе что, девочка на побегушках?! – возмутилась Тоска.

– Задача вторая, – продолжил я непреклонным голосом. – После того как дозвонишься Вацлаву, отправляйся в магазин и купи мне мороженого... Потом мне нужен третий. Лучше всего этот Питер. Как свои подтяжки соберет, пусть приходит. Ясно?

Тоска скрежетнула зубами.

Некоторое время она стояла с рассредоточенным лицом – не могла решить, что ей все-таки делать, но затем вздохнула, достала из кармана мобильник и стала звонить.

Я из вежливости отошел подальше, к березе. Тоска огляделась и отправилась в школу. Какая стеснительная, однако.

Тоски не было долго, и я начал думать, что переговоры зашли в тупик, однако она все-таки показалась на крыльце. И прямо с крыльца продемонстрировала мне большой палец.

Видимо, получилось.

А через час я даже немножко напуган был – ну, оттого, как хорошо все это получилось. Потому что через час я сидел в кабине здоровенной пожарной машины и летел в сторону района Подлипки. На мне был блестящий противопожарный костюм, такие я раньше видел только по телевизору, их применяли во время тушения возгораний на нефтеналивных танкерах. На коленях у меня красовался какой-то странный прибор. Что это был за прибор, я не знал, однако обилие лампочек, циферблатов и шкал удручало. Чем-то этот прибор походил на универсальный вантуз Буханкина, внушительный агрегат.

Рядом со мной в таком же костюме сидел совершенно счастливый Питер, полет с ревом и мигалками сквозь город определенно был лучшим аттракционом за все его пребывание в бывшем отечестве, даже круче автобуса. Никакие матрешки и другие памятники древнерусского зодчества с этим сравниться определенно не могли. Сначала я хотел было привлечь к этому мероприятию Тоску, но, как оказалось, она не подходит. По габаритам.

За нашей машиной летело еще две. Тоже красные, тоже с кряканьем и ревом. Впечатляющий кортеж.