Античность — в особенности! — являлась эпохой бесконечных политических авантюр. Люди с беспокойным и неукротимым характером в качестве солдат или полководцев-наемников скитались по разным странам, участвовали во всевозможных заговорах и переворотах, часто посещали различные религиозные центры (Дельфы, Пессинунт, остров Самофракия, Кносс и т. д.) в попытке найти одобрение богов своим замыслам. Крикс принадлежал по характеру к людям подобного рода и, вероятно, тоже не составлял исключения в указанном плане. Можно думать, что, вырвавшись из римского рабства, он сумел со своими товарищами, разделявшими его судьбу, пробраться в Свободную Галлию, нес там военную службу у различных князей в качестве командира-наемника (быть может, он побывал в этот период во Фракии и других странах, общался с германцами и именно тогда выучил фракийский, галльский и германские языки, знание которых ему столь пригодилось во время восстания рабов в Италии).

В конце 83 года до н. э. Крикс с галльским отрядом вернулся в Италию, включился в армию верховного полководца самнитов Понтия Телезина. В составе этих войск он совершил много военных подвигов, и имя его стало широко известно у самнитов и римлян.

В 82 году Сулла окончательно победил и обрушился на своих врагов с казнями, штрафами, изгнаниями, конфискациями и т. п. Крикс и его товарищи, уцелевшие среди опасностей войны и вновь познавшие горечь плена, были сданы в наказание в гладиаторы.

Крикс пробыл в гладиаторах почти семь лет, многократно выступал на арене, стал гладиатором высшего разряда, завоевал громкую славу. Но он ни на минуту не оставлял мысли о том, чтобы вновь любой ценой добиться свободы, возобновить с Римом войну и отомстить врагам.

Встреча со Спартаком в школе Лентула Батиата решила его судьбу. Он давно присматривался к этому человеку, слава которого в качестве недавнего гладиатора гремела по всей Италии. Крикс первым решился на откровенный разговор о будущих перспективах и предложил составить заговор гладиаторов с целью освободиться и ниспровергнуть существующие порядки. Спартак, думавший о том же и осторожно подбиравший кандидатов для рискованного предприятия, задуманного им самим, дал согласие. Так, силами, умом и авторитетом Спартака и Крикса был составлен заговор, объединивший вскоре в одну организацию две группы гладиаторов-мятежников (одна из них оформилась вокруг Крикса, другая — вокруг Спартака и Эномая).

Никто из древних авторов не сомневался в выдающейся роли Крикса в организации заговора и планировании войны, и автор V века Синезий в своей речи «О царстве» говорил: «Те, которые соединились с Криксом и Спартаком, были не из той же страны, из которой происходили эти предводители, и не принадлежали все к одной и той же нации, но общность судьбы и благоприятный случай соединили их воедино в общем предприятии». В другом месте той же речи он добавляет, что война рабов была начата «только двумя человеками (то есть Спартаком и Криксом. — В. Л.), презревшими всех богов».

В ходе войны Крикс показал много превосходных качеств: неустрашимость, напористость, прекрасную выучку, большую энергию и неутомимость. Он многократно лично водил товарищей в атаку, прекрасно умел говорить со своими галло-германскими воинами. С горячим интересом он относился к остроумным рассказам, очень любил песни о героических подвигах предков.

Правда, у него имелись и недостатки: он отличался, как многие самниты, вспыльчивостью, любил попировать, покрасоваться в щегольском платье; ему нравилась красивая бытовая обстановка, и он с удовольствием обставлял свою палатку красивыми безделушками; он был также неравнодушен к хорошеньким женщинам, и воины посмеивались, рассказывая друг другу анекдоты о его любовных похождениях. Его предусмотрительность как военачальника из-за чрезмерной горячности далеко не всегда была на высоте.

Несмотря на указанные недостатки, он пользовался у товарищей по армии большим авторитетом. Его любили за храбрость, честность и прямоту, за то, что слово у него никогда не расходилось с делом, за то, что он не был ни алчен, ни скуп и легко расставался с деньгами, когда их имел.

Глава двенадцатая

ЗАВЕРШАЮЩИЕ СОБЫТИЯ 73 ГОДА В РИМЕ

Римская власть на юге страны рушилась на глазах, но в Риме все еще не понимали действительного масштаба происходивших событий. Многих сенаторов вводили в заблуждение успокоительные письма П. Вариния (могли он признаться по доброй воле в серьезности понесенных поражений?). И ораторы в сенате продолжали посмеиваться над «преувеличениями», содержавшимися в письмах, приходивших с юга от частных лиц, действия восставших рабов они считали «простым разбойничьим нападением», поражения претора объясняли «изменой галльских вспомогательных войск», а его медлительность в возобновлении военных действий относили исключительно за счет «отсутствия настоящего войска». Придерживаясь такого, очень удобного взгляда, различные группы в сенате по-прежнему яростно интриговали друг против друга.