Читаем Созвездие полностью

— Хочу посмотреть твою сестру. Могу я хоть этим вознаградить скуку дежурства? Кроме того, по уставу, я обязан известить Главного о приезде новичка. Ведь она приехала работать в нашем болоте?

— Разумеется.

— Ну вот: выполняю устав.

— Третий раз вспоминаешь об уставе! Неужели в мое отсутствие ты стал формалистом, Риш?

— И ты им будешь, это неминуемо, как старость, дружище.

Бесшумно раздвинулись двери, и вошла Дари. Риш откинулся в кресле.

«Однако! Ну и скотина этот Ив! Молчал, что у него такая сестра…»

— Это Риш, Дари, — Ив с едва заметной усмешкой поглядывал то на сестру, то на онемевшего друга. — Тот самый… Помнишь? Сейчас он главный на Базе.

— Я должна рапортовать о прибытии?

Певучий низкий голос. Узкий овал смуглого лица в ореоле золотистых волос. Высокий лоб. Яркие губы. Большие зеленоватые глаза, внимательные и чуть насмешливые. Риш хотел сказать что-нибудь очень значительное, но смеющиеся зеленоватые глаза окончательно лишили его дара речи. Он молчал и улыбался немного растерянно.

Дари бросила быстрый взгляд на брата и скромно опустила темные ресницы.

— В школе нам рассказывали, что инженеров КОВОСа отличает стремительность реакции.

— Гм… — начал Риш, тщетно пытаясь освободиться от неожиданно появившейся хрипоты.

— Можешь считать, что твой рапорт принят, Дари, — объявил Ив, усаживая сестру в кресло. — И не удивляйся нашей лаконичности. В КОВОСе понимают друг друга с полуслова. Реплика, которую ты только что слышала, необычайно емка: в ней и одобрение, и элемент самокритического анализа, и сомнение, вполне естественное в возникшей ситуации. А сейчас Риш прикидывает программу ЭВМ, в которую заложит все твои параметры, чтобы определить, куда тебя послать: в космос, на дно океана или…

— Замолчи наконец, — хрипло сказал Риш, — или пошлю тебя самого еще дальше. Здравствуйте, Дари, и… извините меня. Во всем виноват он. Ничего толком не объяснил. Я думал, что знаю о нем все. А не знал даже, что у него такая сестра…

— Принимаю извинение. — Дари улыбнулась чуть кокетливо. — Готова принять и определение «такая» в качестве местного комплимента. Рада с вами познакомиться, Риш Впрочем, я — то вас знаю. Мы даже встречались, хотя вы, конечно, не можете меня помнить.

— Встречались?

— Да. Только давно. Вы выступали в школе, которую окончили. Помните? А я была на том выступлении. Даже спрашивала, видели ли вы гигантского кракена.

— Гм… — снова начал Риш.

— Но не пытайтесь уверять, будто что-то припоминаете. Я была тогда воспитанницей первого круга… Между прочим, в Большом зале школы по-прежнему висит ваш портрет.

— Гм?…

— Его тоже, — Дари оглянулась на брата. — Воспитатели школы ужасно гордятся вами обоими. Но, по-моему, нам напоминали о вас слишком часто. А я еще видела вас на экране видеопередач…

— Это было прошлой осенью, — вставил Ив.

— Благодарю за разъяснение. — Риш сердито глянул на приятеля. — Если мне не изменяет память, видеопрограмма вспоминала о нас лишь однажды, и это было именно прошлой осенью.

— Но была большая передача, — возразила Дари. — Большая и очень хвалебная.

— Ив ней говорилось не столько «о нас», - уточнил Ив, — сколько о Ришаре Осовском, который…

— Ты, кажется, решил меня окончательно довести, — быстро прервал Риш. — Не наступай на нервы! Кстати, Дари, это не я придумал, это любимая поговорка Вилена. У меня еще три часа дежурства.

— Видишь, какие мы тут скромные, Дари, — невинно заметил Ив.

Дари весело рассмеялась:

— В древности говорили: иная скромность превыше гордыни…

— Будущая специальность Дари — реконструкции прошлого, — пояснил Ив. — Она знаток древних обычаев, обрядов, правил, кодексов. Она хорошо знает историю, древнюю архитектуру, умершие языки нашей планеты.

— Не преувеличивай, Ив.

— А зачем? — поинтересовался Риш, окидывая взглядом контрольные экраны.

— Что зачем? — не поняла Дари.

— Зачем заниматься всем этим в эпоху освоения ближнего космоса и межзвездных исследований?

— А зачем вы работаете в КОВОСе?

— Мы — другое дело. КОВОС — необходимость. Если бы не он, все живое давно задохнулось бы на этой планете или захлебнулось в собственных нечистотах.

— Значит, вы воюете с прошлым?

— Можно сказать и так. И контролируем настоящее.

— А я хочу понять прошлое, чтобы облегчить и ваши задачи и управление будущим.

— Во-первых, наши задачи во многом уже решены; во-вторых, понять прошлое едва ли возможно… и как может облегчить нашу работу знание, например, того, что в позднем средневековье самой воинствующей религией был католицизм, а двести лет назад — бюрократизм.

— Не раскрывай так далеко свою эрудицию, Риш, — заметил Ив. — Бюрократизм не религия.

— Неважно! По своим последствиям он нисколько не лучше.