Читаем Создатели полностью

— Пожелай мне удачи, — попросила Люсия. На ней была длинная хлопковая юбка и откровенный топ, сильно обнажавший живот и грудь. В районе, где раньше жил Руперт, женщину в таком виде могли арестовать за аморальное поведение. Но в барах, где собирались мужчины, подобные наряды на молодых женщинах всегда приветствовались.

— Удачи, — пожелал Руперт. Он взял ее за руку, на которой поблескивали крупные дешевые браслеты, купленные на блошином рынке в городке по соседству. — Это твой последний шанс передумать. Ты уверена?

Люсия покачала головой.

— Отступать некуда.

— Отступать некуда, — согласился Руперт.

— Готов?

— Насколько это возможно.

— Хорошо. Будь начеку. — Люсия потянулась к дверной ручке, а потом неожиданно наклонилась и поцеловала Руперта в губы. Он обнял ее и успел почувствовать ее ребра, упругие мышцы и горячую кожу прежде, чем она отстранилась.

Руперт улыбнулся ей.

— Помни…

— Знаю, — перебила она, — нужно выбрать самого статусного самца.

— Я хотел сказать: «Будь осторожна».

— И это тоже. — Люсия слегка улыбнулась и распахнула дверь грузовика. Они давным-давно убрали из кабины освещение. Люсия выбралась из машины и захлопнула дверь. Руперт сполз по креслу и перевел взгляд на окно, низко опустив голову. Он проследил, как прошла она мимо фургонов школы «Гоблин-Вали». Юбка развевалась вокруг ног Люсии в прохладном пустынном воздухе. Она открыла дверь бара и исчезла из виду.

Руперт передвинулся на пассажирскую сторону и приоткрыл дверь приблизительно на полдюйма. Он опустил руку под кресло и коснулся пальцами холодного и тяжелого колесного диска. Потом вернулся на водительское сиденье, выглянул в окно и стал ждать.

Когда он предложил Люсии добыть огнестрельное оружие, она немедленно отказалась.

— Человек с пистолетом или ружьем превращается в зверя, — сказала она. — Как эти уроды. Оружие для тех, кто живет в страхе.

— Но у тебя есть нож, — заметил Руперт.

— Нож можно использовать по-разному, — ответила Люсия. — Девушка должна быть благоразумна.

Вцепившись двумя руками в стальной диск под сиденьем, Руперт попытался трезво оценить ситуацию. Он тоже должен быть благоразумным. Он представил сына Люсии, Фернандо Луиса Сантоса, десятилетнего мальчика, которого пять лет учили воевать в горах и подавлять бунты, а еще, возможно, изрядно забили голову догматами Новой Церкви. Руперт надеялся, что ребенок стоит риска, на который они с Люсией шли.

Потом он вспомнил Мэдлин, иногда он думал о ней. Он давно решил, что она стала счастливее после его ухода, если Департамент террора оставил ее в покое. Конечно, преступления мужа наверняка доставили Мэдлин много проблем в церкви. Возможно, ее даже отлучили. Хотя Руперт надеялся, что пастор Джон не пошел на это. Мэдлин видела смысл в жизни в том, чтобы окружающие принимали и одобряли ее.

Дверь бара открылась, и Руперт крепче сжал колесо. Из заведения показался бородатый мужчина в длинных шортах, покачиваясь, он прошел через парковку к старому битому «Мустангу». Он уехал, иногда выскакивая на встречную полосу.

Руперту пришлось прождать еще час, прежде чем Люсия вышла из бара, спотыкаясь, как будто хлебнула лишнего. Руперт не знал, правда ли она пьяна. Она очаровательно улыбалась своему спутнику. Он выглядел примерно на шестьдесят лет, седые волосы были пострижены под бокс. Его толстая шея и руки бывшего спортсмена плохо сочетались с обрюзгшим животом.

На мужчине был расстегнутый китель защитного цвета с золотыми погонами, на шее висел ослабленный галстук, а рубашка наполовину выбилась из-под брюк. Люсия пошатывалась и опиралась на его руку, и он вел ее к веренице машин с эмблемой «Гоблин — Вали».

Руперт снова передвинулся на пассажирское кресло к приоткрытой двери и распахнул ее. Он выбрался на тротуар с колесным диском в руке, осмотрел дорогу и обрадовался, что кругом не было ни души. Осторожно обошел грузовик спереди, пригнувшись ниже капота. Мужчина в форме открыл пассажирскую дверь своего фургона и жестом пригласил Люсию внутрь. Чтобы добраться до них, Руперту нужно было обойти еще два фургона и пересечь два пустых парковочных места — не больше тридцати или сорока футов, но это расстояние казалось ему огромным, как Великие равнины.

Люсия оперлась одной рукой на дверцу фургона и стала расстегивать туфлю. Она явно собиралась разуться, но не могла справиться с пряжкой. Выигрывала время.

Руперт изменил направление и обошел первый фургон «Гоблин-Вали» сзади. Он пригнулся еще ниже и миновал второй грузовик почти гусиным шагом. Он остановился у заднего бампера и огляделся. Только полоса асфальта отделяла его от офицера из «Гоблин-Вали».

Люсия сняла одну туфлю и принялась за вторую. Она стояла, соблазнительно наклонившись, и мужчина не сводил с нее глаз. Он погладил ее гладкую смуглую спину и сжал ягодицы сквозь тонкую ткань юбки. Люсия подмигнула ему через плечо. Он потянул юбку вниз и коснулся пальцами черного кружева ее трусиков.