Читаем Создатели полностью

Мухаммед аль-Таба — лидер радикальной группы еретиков, сочетающих ислам с примитивными египетскими верованиями. Местные имамы объявили этот культ сатанинским. Мухаммед аль-Таба имел несколько столкновений с египетскими властями, чтобы взять под свой контроль Карнакский храм, который он называет главной мечетью своего культа.

О судьбе детей, живших при храме, ничего не известно. Предположительно, храму, возраст которого составляет 3600 лет, нанесен значительный ущерб, который пока не оценен…

Руперт сделал паузу, чтобы все обдумать. Если верить новостям, которые он зачитывал жителям Южной Калифорнии, Мухаммед аль-Таба был «лидером террористов» и командовал армией, насчитывающей, по самым последним данным, около миллиона человек и действующей по всей Африке.

По сообщениям Руперта, захват шейха было главной целью вторжения в Египет. Раз это случилось четыре дня назад, об этом должны были объявить во всеуслышание и даже устроить особый парад.

Заодно атлантические силы свергли радикальный режим в Египте, разумеется, потому что он поддерживал шейха. Руперт упомянул это в одном из репортажей как маловажную и вполне естественную деталь, а потом перешел к развлекательным новостям.

Остальные новости были посвящены Мухаммеду аль-Таба и необходимости добраться до него прежде, чем он покорит всю Северную Африку. Тот факт, что войска «Хартвел Сервисиз» уже захватили Египет, не заслуживал упоминания. Гораздо легче увлечь телезрителей охотой на главного злодея, чем убедить их, что нужно полностью завоевать другую страну.

Не обязательно рассказывать о полномасштабной войне, если сосредоточить внимание аудитории на борьбе добра со злом и поимке одного-единственного врага. В «Глобнете» таких людей иногда называли «злодей дня».

Слух Руперта пронзил металлический скрежет. Он попытался прикрыть уши руками, но невыносимый шум доносился из наушников, а не снаружи.

Цифровая картинка вокруг него замерла. Он коснулся светящихся значков на панели управления, висящей в воздухе, но ни одна программа не отвечала.

Окружающий мир рассыпался на миллион осколков, Руперт потерял равновесие и упал на спину. Он свалился в открытое темное пространство. Лязгая светящимися зубами, из темноты возникли яркие серебристые черепа. Перед Рупертом, как скала, встала эмблема Департамента террора. Сначала она была высотой в десять этажей, потом в сто. Анимированная трехмерная эмблема изображала белоголового орлана, парящего в небе при лунном свете. Он выдыхал огонь и метал молнии когтистыми лапами. Орлан раскрыл загнутый клюв, и Руперт снова услышал болезненный металлический скрежет.

Ледяной мужской голос обратился к Дэниэлу: «Вы нарушили запрет 207-Б Департамента террора на распространение вражеской пропаганды и несанкционированных данных. Вы арестованы. Ваше дело передается в автоматизированный суд. Суд признал вас виновным в террористической деятельности. Приговор будет вынесен сотрудником Департамента террора».

Руперт потянулся, чтобы еще раз ударить по кнопкам на панели управления, но она пропала. Он стянул очки с головы, а перчатки с дрожащих рук.

Все световые индикаторы на его маленьком компьютере горели ярко-красным. Он ткнул большим пальцем кнопку питания, но Департамент террора взял компьютер под контроль и Руперт больше не мог им управлять.

Он швырнул компьютер о бетонную стену склада. Устройство упало и ударилось об пол, но все лампочки по-прежнему горели. Руперт бросил его второй раз, потом третий. Наконец на одном ребре появилась короткая трещина толщиной с волосок, но прибор был прочным и Руперт не мог его уничтожить.

Он откинул щеколду на двери гаража и глубоко вдохнул. Люди из Департамента террора, полиции или национальной гвардии наверняка ждали его на улице с оружием наизготове. Если он будет двигаться слишком быстро, они инстинктивно пристрелят его.

Руперт приподнял дверь, различая скрип каждой панели, входящей в паз у него над головой, и выглянул на парковку, где оставил «Блюхок».

Там никого не было. Даже машина оказалась нетронутой. Он внимательно прислушался к ночным звукам вокруг: где-то играла музыка, а вдалеке раздавались выстрелы, но на складах ничего не происходило.

Руперт поспешил в машину и с облегчением услышал, как разблокировалась дверь. Когда она открылась, Руперт подумал, что, возможно, его предосторожности было достаточно, агенты не знали, кто использовал компьютер, и он сможет улизнуть, если поторопится.

Тут раздался нарастающий шум низколетящего вертолета. Руперт посмотрел вверх и оказался в ослепительном луче прожектора.

Он почувствовал, как все его тело оледенело. Он хотел прыгнуть в машину и уехать, но не мог шевельнуть ни рукой, ни ногой. Он стоял в круге света, дрожа, как бестолковое животное, глядя прямо на вертолет и позволяя камерам как следует заснять себя, пока ветер от лопастей сдувал волосы с его лица.

Потом все кончилось. Вертолет полетел дальше, освещая другие ряды гаражей.

Парализующий страх сменился дикой паникой, Руперт бросился в машину и поспешил к воротам, еще не успевшим закрыться.