Выходя, он вдруг сообразил, что у него только что состоялась до сих пор самая вежливая беседа с вдовой графиней Келлингтон.

Глава двадцать третья

Письма, которые отправили из Келлингтона Роб и Сара, помчались по Англии на быстрых почтовых дилижансах. Первое прибыло в Ральстон-Эбби вечером того же дня, когда было отправлено. С нетерпением ожидая новостей, Адам распорядился немедленно доставлять ему всю корреспонденцию, но он никак не ожидал послания, уголок которого будет отмечен штампом «Келлингтон».

Эштон нахмурился. Титул принадлежал старшему брату Кармайкла. Неужели с Робом случилось нечто ужасное и его брат решил уведомить об этом друзей Роба? Судя по тому, что он знал об Эдмунде Кармайкле, это было маловероятно.

Адам сломал восковую печать и пробежал глазами содержимое. От изумления брови его взлетели на лоб, и он отправился на поиски супруги, которая читала в детской. Рядом с нею в колыбельке спал их сын.

— Хорошие новости! — провозгласил Адам. — Роб Кармайкл спас нашу Сару, и они вернулись в Англию.

— Слава Богу! — просияла Мэрайя. — Где она?

— В Сомерсете, в замке Келлингтон. Роб только что унаследовал графство, — с интересом добавил Адам. — Я был так занят здесь, что пропустил сообщение о том, что его старший брат погиб в дорожной аварии пару недель тому назад.

Это случилось в то самое время, когда Сару похитили, а я пыталась родить тебе наследника. — Мэрайя склонилась над колыбелькой и бережно коснулась кулачка их спящего сына. — Думаю, на сей раз тебя можно простить за то, что ты не уследил за новостями.

Адам вновь уткнулся в письмо.

— Роб говорит, что похитители намеревались потребовать за Сару — или, точнее, за тебя — выкуп. После того как он выкрал ее, они поплыли домой. Прибыв в Англию, он узнал о наследстве, так что теперь ему требуется время, чтобы ознакомиться с положением дел.

— Там случайно нет записки от Сары?

— Есть. Она адресована тебе. — Адам подал ей конверт меньшего размера.

Мэрайя нетерпеливо сломала печать и, нахмурившись, пробежала письмо глазами.

— Почерк у нее совсем как мой, то есть его трудно разобрать. Но ее рассказ куда красочнее. Судя по всему, Роб выкрал ее из дома, битком набитого радикалами, которые бросились за ними в погоню через всю Ирландию, так что им пришлось ночевать в конюшнях, и все такое. Полагаю, Роб отличается благоразумием и осмотрительностью? Сара — моя сестра-близнец с незапятнанной репутацией, и было бы очень желательно, чтобы положение вещей оставалось подобным и впредь.

— Роб весьма благоразумен, — заверил супругу Адам. — А что еще пишет Сара? С нею действительно все в порядке? — Он заколебался, не зная, как облечь в слова свои страхи. — Похитители не причинили ей зла?

— Она уверяет меня, что у нее все хорошо, если не считать нескольких синяков, полученных после того, как их йол потерпел крушение у берегов Сомерсета во время последнего сильного шторма. Роб ничего об этом не пишет?

— Он ограничился сухим перечислением фактов.

Мэрайя поднесла письмо к свету, чтобы легче разбирать написанное.

— После того как их йол разбился о прибрежные камни, они поднялись наверх и оказались в его родовом поместье, где Сара, чтобы не усложнять положение, сообщила всем, что они с Робом обручены. — Герцогиня нахмурилась. — Она не пишет, что они не обручены на самом деле. Что все это значит? — Она с недоумением подняла глаза на Адама. — Я знаю, что Роб — один из твоих старых друзей и что он бесстрашен, честен, совершенно благонадежен и вообще безукоризнен. Но какой из него выйдет муж? Все произошло так быстро!

Адам улыбнулся.

— Не могу сказать, что когда-либо оценивал Роба с романтической точки зрения, но он славный малый. Что до быстроты — то вспомни: в тот самый день, когда я впервые увидел твое улыбающееся личико, ты сообщила мне, что я — твой муж, и мне не пришло в голову усомниться в твоих словах.

— Это совсем другое дело, — с лукавой улыбкой ответила Мэрайя. — Тем более, я оказалась права. Сколько времени Роб планирует провести в Сомерсете?

— Не знаю. Сейчас у него хлопот полон рот с Келлингтоном. Говорят, что поместье погрязло в долгах, и поэтому он задержится там на несколько дней, вместо того чтобы прямиком привезти Сару сюда. Ты можешь подождать или тебе не терпится немедленно увидеться с нею?

Мэрайя прикусила губу.

— Должна сказать, что успокоюсь только тогда, когда увижу Сару собственными глазами. А разве мы не можем съездить туда сами? Это ведь не очень далеко. Меньше одного дня пути.

Адам заколебался.

— А ты достаточно окрепла? Несколько дней ты пребывала на грани жизни и смерти.

— Я уже почти оправилась, — заверила его Мэрайя. — Кроме того, мы поедем в комфортабельной дорожной карете Эштонов. Все будет хорошо.

— Неужели ты согласна оставить Ричарда?

— Он поедет со мной, разумеется. Сара захочет увидеть племянника.

— Хорошо, — согласился Адам, смиряясь с неизбежным. В конце концов, он не собирался запирать Мэрайю в золотой клетке. — Но если дорога окажется тебе не по силам, мы немедленно возвращаемся.