— Друг с другом, очень целомудренно. Мы зароемся в сено, я обниму вас, и нам обоим будет тепло.

Сара, растерянно моргая, уставилась на него. Другими словами, она впервые в жизни будет спать с мужчиной, который к тому же ей совершенно незнаком. А, ладно. Она уже оставила позади то время, когда ее могло шокировать что-либо, и потому молча кивнула и направилась к куче сена.

Девушка осторожно опустилась на нее. Поначалу сухие стебли кололись, но сено оказалось мягким, и от него исходил приятный аромат. Со вздохом облегчения она свернулась в комочек, чтобы сохранить то тепло, которое у нее еще оставалось.

Роб задул свечу и подошел, чтобы присоединиться к ней. Сара, хотя и полностью доверяла ему, все же непроизвольно напряглась, когда он вытянулся рядом.

— Расслабьтесь, — пробормотал он, укрывая их обоих слоем сена, будто легким пахучим одеялом. Затем он обнял ее, притянув к себе, так что она прижалась к нему спиной. Он был крупным мужчиной, и рядом с ним ей стало тепло и уютно.

Сара вздохнула от удовольствия, почувствовав, что больше не дрожит и начинает понемногу согреваться. В его объятиях не было ничего страстного и пылкого, они несли ей лишь тепло и защиту.

Впервые после своего похищения она спала крепко и без сновидений.

Глава восьмая

Кухня мистера МакКарти, с опрокинутой мебелью и разбитой посудой, походила на поле боя. Взад и вперед по ней вышагивал Флэннери, в бешенстве отчитывая своих избитых, окровавленных вояк.

— И вы втроем позволили одному человеку ворваться сюда и умыкнуть герцогиню? Да вы просто жалкие растяпы!

Курран слабо запротестовал:

— Мы с Донованом спали. Он застал нас врасплох.

— Но вас было трое! А у него с собой не было даже пистолета. — Флэннери окинул Донована яростным взглядом. — До тех пор пока он не отнял у тебя ту славную пушку, которую купил я!

— Откуда мне было знать, что герцогиня огреет меня чугунной сковородкой по башке? — огрызнулся кучер. — Я думал, что она — леди.

— Она оказалась мужчиной в большей степени, чем любой из вас! — взревел Флэннери. — А ее спаситель наверняка работает на Эштона, раз сумел так быстро разыскать нас. И где бы теперь они вдвоем ни находились, держу пари, сейчас оба покатываются со смеху.

— Этот чертов малый не был одним из людей Эштона, — угрюмо заявил О’Дуайер, смывая кровь с лица. — Я узнал его. Его зовут Кармайкл, и он — проклятый сыщик уголовного полицейского суда. Один из лучших.

— Шотландец?

— Хуже. Англичанин. Он прославился умением возвращать домой беглых наследниц и решать прочие деликатные проблемы. — О’Дуайер поморщился, осторожно ощупывая здоровенный синяк на виске, — Выполняет разного рода особые поручения для богатеньких клиентов.

— Опиши его, — распорядился Флэннери. — А я пошлю весточку членам нашей организации на всех дорогах и заставах отсюда до побережья. Может, Кармайкл и хороший сыщик, но общество ее светлости непременно обнаружит его. А вы приведите себя в порядок и поешьте. Как только рассветет, мы отправимся за ними в погоню. И помните: если не вернем герцогиню, награды нам не видать.

— А как хорошо все шло, — проворчал Курран.

— Именно в такие моменты и надо удвоить осторожность, — прорычал Флэннери. — И помните: нам нужна только герцогиня. Сыщика можете убить.

Напомнив себе о том, что мисс Сара Кларк-Таунсенд — его клиентка, то есть девушка, попавшая в беду, а не славная маленькая подружка, Роб сосредоточился на том, чтобы согреться, пытаясь не думать о ее женственности. За исключением небольшой части его мозга, которая бодрствовала, оставаясь настороже, он забылся тяжелым сном, благодаря судьбу за то, что девушка оказалась не из тех дамочек, которые чуть что хлопаются в обморок. В этом она очень походила на свою сестру. Судя по тому, что видел Роб, герцогиня отличалась исключительным здравомыслием и практичностью, и Сара разделяла эти достоинства, пусть даже обе выглядели как пушистые желтенькие цыпочки…

Он проснулся от сильнейшей эрекции и ощущения горячего женского тела, которое сжимал в объятиях так крепко, что только одежда мешала им слиться воедино. Его «Святой Боже!» и ее «Господи милосердный!» прозвучали одновременно.

Шок прогнал остатки сна, и они поспешно откатились друг от друга. Роб откинулся на спину и, скрестив руки на груди, проклинал себя на чем свет стоит. В конце концов, он — взрослый мужчина, а не зеленый пылкий юнец!

Еще раз вознеся благодарность за то, что мисс Сара не склонна к обморокам, он сумел проговорить ровным голосом:

— Мне очень жаль. Обычно я не соблазняю женщин, которых спасаю.

Сара шумно выдохнула. Похоже, она тоже сжимала кулаки.

— Не думаю, что это было соблазнение. Всего лишь… действие животного тепла. Потому что сейчас я наконец согрелась.

— Я тоже. — Роб заставил себя подумать о том, как отреагирует Эштон, если узнает, что он спал с сестрой герцогини. Эта мысль быстро привела его в чувство.

— Вы сказали, что обычно не соблазняете женщин, которых спасаете, — заметила Сара, и в голосе ее прозвучало любопытство. — Означает ли это, что иногда такое все же случается?