Читаем Соверен полностью

Редвинтер недовольно нахмурился.

— Я собственными глазами видел, что у повара не было возможности отравить еду арестанта, — продолжал стражник, который, как видно, не отличался робостью.

— Вы же сами отнесли ему еду, сэр, — подал голос Юхил. — А пиво ему наливали из общего бочонка.

— Кто моет посуду Бродерика? — осведомился я.

— Я делаю это собственноручно, — ответил Редвинтер, поглаживая свою холеную черную бороду.

Внезапно он поднес кочергу к самому носу повара. Я решил, что вмешаюсь, как только он сделает еще одно движение. Юхил, постанывая от страха, скорчился на своей табуретке.

— Я не знаю, каким образом ты отравил еду заключенного, господин повар, — процедил Редвинтер. — Но кроме тебя, сделать это было некому. Не волнуйся, я найду способ развязать тебе язык. Да будет тебе известно, я насквозь вижу бывших монастырских работников, подобных тебе. Вы пропитаны папистской ересью и ненавидите короля за то, что он лишил вас ваших теплых местечек. И уж конечно, если вам подвернется возможность навредить его величеству, вы ни за что ее не упустите. В башне Лоллард я повидал немало монастырских прихлебателей. Все они походили на тебя, такие же жирные и откормленные. И, должен тебе сказать, все они были на редкость чувствительны к боли.

— Но я ненавижу монахов! — со слезами в голосе крикнул Юхил.

Кочергу от его лица по-прежнему отделяло расстояние в несколько дюймов.

— Что? — рявкнул Редвинтер.

— Я ненавижу монахов! Они катались как сыр в масле, а я спал на соломе. А уж на то, как они мастерски вытягивают деньги из доверчивых олухов, я насмотрелся вдоволь. Клянусь, я даже был осведомителем лорда Кромвеля!

— Что за ерунду ты несешь? — нахмурившись, бросил Редвинтер.

Повар откинул голову, стараясь держаться подальше от полыхающей жаром кочерги.

— Клянусь кровью Господней, это чистая правда! — возопил он. — Когда в тридцать пятом году в аббатство приехали люди лорда Кромвеля, они допрашивали всех слуг. И когда поняли, что я монахов не жалую, то предложили мне сообщать в контору лорда Кромвеля все сплетни и разговоры, которые мне доведется услышать. Пообещали, что после закрытия монастыря подыщут мне хорошее место. И они сдержали обещание, устроили меня сюда, в замок. Так что я самый что ни на есть верный слуга нашего короля!

Редвинтер, буравя повара взглядом, медленно покачал головой.

— Прибереги свои россказни для кого-нибудь другого, господин повар. По глазам видно, ты продувная бестия. Ты, и никто другой, отравил заключенного. И я еще вытяну из тебя правду. А сейчас идем в мою комнату. Там мы продолжим нашу увлекательную беседу. Кстати, жаровня там тоже есть, — ухмыльнулся Редвинтер и отбросил кочергу. — Мастер Шардлейк, думаю, вам ни к чему присутствовать при нашем разговоре, — заявил он, встретив мой осуждающий взгляд.

Юхил отчаянно вцепился в край табуретки. Солдаты растерянно переглядывались. Внезапно, к великому моему изумлению, Барак выступил вперед и обратился к повару.

— Я тоже работал на лорда Кромвеля, — заявил он. — Мне доводилось иметь дело с монастырскими осведомителями, и я могу проверить, говорите вы правду или лжете.

В затравленном взгляде повара мелькнуло облегчение. Несомненно, объявив себя осведомителем, он не погрешил против истины.

— Прошу вас, сэр, помогите мне! — взмолился он.

— Если вы были осведомителем, значит, посылали письма в ведомство лорда Кромвеля. Вы что, умеете писать?

— Мой брат умеет, сэр. Он писал с моих слов.

— И куда же вы направляли свои письма?

— В контору мастера Бивейтера, главного викария Вестминстера, — с готовностью заявил повар. — Для передачи мастеру Уэллсу.

— Этот человек говорит правду, — сказал Барак, обернувшись к нам. — Он действительно собирал сведения для лорда Кромвеля.

— Возможно, с тех пор он успел переметнуться к папистам, — не отступал Редвинтер.

— Все может быть, — пожал плечами Барак. — Да только этот малый явно трусоват и вряд ли годится в заговорщики.

— К тому же у нас нет никаких доказательств того, что он является отравителем, — подал голос я. — Так что вы, мастер Редвинтер, не имеете законного права подвергать этого человека пыткам. Пока его следует держать под арестом, хотя я убежден, что к отравлению он не имеет ни малейшего отношения. Но от допроса с пристрастием я прошу вас воздержаться. Обо всем случившемся я незамедлительно сообщу сэру Уильяму Малевереру.

— А что, если отраву заключенный получил вовсе не с едой? — предположил Барак.

— Это вполне вероятно, — кивнул я. — Вы должны рассмотреть все возможные версии, мастер Редвинтер, и я сделаю то же самое. После разговора с сэром Уильямом я сразу вернусь сюда.

Стоило выйти во двор, ветер, успевший за это время еще усилиться, бросил мне в лицо брызги ледяного дождя; опавшие листья вихрем носились по двору. Редвинтер, с потемневшим от ярости лицом, спустился вслед за нами.

— Напрасно вы суетесь не в свое дело, сэр! — прошипел он, схватив меня за руку повыше локтя. — Вам поручено заботиться об арестанте, и только! Этим и будьте любезны ограничиться!