Читаем Сороки-убийцы полностью

— Нет. Все было устроено так, чтобы зрителям казалось, будто вы на сцене, тогда как на самом деле все иначе. — Пюнд встал, опершись при этом на трость. — Призрак появляется в задней части сцены. Темно.

Дым. На нем мундир солдата Первой мировой войны. У него усы, как у мистера Грейвни. Лицо перепачкано кровью. На голове повязка. Говорит он очень мало — так все устроено. В этом могущество писателя — он все способен подчинить своей цели. Призрак произносит всего оно слово: «Агнес!» Голос, искаженный воздействием горчичного газа, нетрудно подделать. Но на сцене находится не мистер Флит. Мистер Грейвни, режиссер пьесы, ждет за кулисами, и, как намечено, для этой короткой сцены вы меняетесь местами. Мистер Грейвни облачается в окопную форму. Надевает повязку и наносит кровь. Потом медленно выходит на сцену. Пройти нужно совсем небольшое расстояние, и хромота его не бросается в глаза, да и играет он раненого солдата. Мистер Флит тем временем избавляется от накладных усов, надетых для представления. Затем надевает пиджак и шляпу, которые позже найдут брошенными в колодец. Потом бегом мчится через зал, останавливаясь только для того, чтобы заколоть человека, сидящего в ряду Е, место двадцать три. Откуда ему было знать, что перед самым началом спектакля мистер Твид и мистер Мористон поменялись местами и в результате умрет невиновный? Все происходит очень быстро. Мистер Флит выходит через парадные двери театра, избавляется от шляпы и пиджака, обегает вокруг здания и снова меняется местами с мистером Грейвни, который как раз покидает сцену. К этому моменту вся аудитория всполошилась. Все смотрят на убитого. Никто не замечает происходящего за кулисами. Разумеется, оба приходят в ужас, узнав, что случилось. Их жертвой стал ни к чему не причастный мистер Твид. Но преступники хладнокровны и хитры. Они представляют дело так, будто мистер Мористон пытался шантажировать их, и два дня спустя травят его настойкой болиголова, украденной из той же лаборатории, откуда взят скальпель. Умно, не так ли? Перст обвинения обращается в сторону учительницы биологии мисс Колн, и на этот раз истинные мотивы преступления полностью сокрыты...

Отрывок из романа Дональда Ли

«Смерть выходит на подмостки»

ГЛАВА 21. ПОСЛЕДНИЙ АКТ

В театре было очень темно. Свет дня быстро гас на улице, и небо заволокли зловещие тяжелые тучи. Всего через шесть часов год 1920-й подойдет к концу и начнется год 1921-й. Но суперинтендант Маккинон в голове своей уже праздновал Новый год. Его работа сделана. Он знает, кто совершил убийство, и вскоре уличит этого человека, приперев его к стене так же безжалостно, как ученый пришпиливает редкую бабочку.

Сержант Браун внимательно смотрел на подозреваемых, в тысячный раз задаваясь вопросом, кто же из них заколол в шею учителя истории Эвана Джонса той незабываемой ночью. Кто из них?

Подозреваемые сидели в полупустом театре и чувствовали себя неуютно. Каждый избегал встречаться с другими взглядом. Генри Бейкер, режиссер спектакля, поглаживал усы, как делал всегда, когда нервничал. Писатель Чарльз Хокинс курил, держа сигарету в коротких пальцах, вечно перепачканных чернилами. Просто ли совпадение, что Хокинс получил тяжкое ранение под Ипром, а вторая жертва, администратор театра Аластер Шорт, был загадочно отравлен мышьяком несколько дней спустя? Нет ли здесь связи? В прикроватной тумбочке Шорта обнаружили двести фунтов стерлингов, и было очень похоже, что игра, которую он вел, известна под названием «шантаж». Откуда иначе мог он раздобыть деньги? Жаль, что он умер и не может сказать ничего в свое оправдание.

Так кто же из них? Браун до сих пор подозревал Лайлу Блэри. Мысли его обратились к тому моменту, когда она накинулась на Шорта, выкрикивая обвинения, что это он погубил ее карьеру. «Ненавижу тебя!

— визжала она. — Хочу, чтобы ты умер!» А семьдесят минут спустя Шорт действительно умер, прямо как ей и хотелось. А как насчет Иэна Литгоу? Молодой, красивый и улыбчивый актер, слишком юный, чтобы участвовать в сражении под Ипром. Тут связь исключена, но у него карточные долги, а отчаянно нуждающиеся в деньгах люди совершают порой отчаянные поступки. Браун ждал, пока его босс соберется с мыслями.

И вот долгожданный момент настал. Когда Маккинон поднялся, густой влажный воздух вздрогнул от короткого громового раската. Новой год обещал начаться с жестокой бури. Все замерли, наблюдая, как суперинтендант поправляет монокль и готовится заговорить.

— В ночь на двадцатое декабря, — начал он, — здесь, в театре «Роксберри», во время представления спектакля «Аладдин» произошло убийство. Но совершено оно было по ошибке! Истинной мишенью был Аластер Шорт, но убийца обознался, потому что в последний момент мистер Шорт и мистер Джонс поменялись местами.

Маккинон помедлил, оглядывая каждого из подозреваемых по очереди, пока те впитывали его слова.