Читаем Сороки-убийцы полностью

— Ну конечно, вы не могли совершить убийство, мистер Грейвни. Вы лишились ноги во время войны...

— Когда воевал с вашими соотечественниками!

— И теперь у вас протез. Вы не могли пробежать через весь зал, это яснее ясного. И тем не менее согласитесь, что между вами существовала сильная неприязнь.

— Мористон был трус и обманщик.

— Он был вашим командиром в Западной пустыне в тысяча девятьсот сорок первом году. Вы оба участвовали в битве при Сиди-Резеге, где вы и потеряли ногу.

— Я потерял не только ногу, мистер Пюнд. Шесть месяцев я провалялся в госпитале, мучаясь от постоянной боли. Я потерял многих моих друзей, и каждый из них был человеком куда более достойным, нежели чертов майор Мористон! Я вам все это уже рассказывал. Он отдал неправильный приказ. Он послал нас в пекло, а потом бросил. Нас буквально выкосили, а он находился в безопасности.

— Был военный трибунал.

— Было расследование, после войны. — Слово «расследование» Грейвни произнес с издевкой. — Майор Мористон утверждал, что мы действовали по собственной инициативе, а он сделал все что мог, чтобы вернуть нас живыми и здоровыми. Я один оказался свидетелем обвинения. Всех других свидетелей разорвало на куски — как удобно, не правда ли?

— Для вас, наверное, было большим потрясением узнать, что он преподает здесь?

— Меня от него тошнило. А все вели себя точь-в-точь как вы — души в нем не чаяли. Герой войны, отец ученикам, лучший друг каждого. Только я знал, кто он такой на самом деле, и с радостью убил бы его. Тут я отдаю вам должное. Не думайте, будто меня не одолевало искушение.

— Почему вы остались здесь?

Грейвни пожал плечами. Фрейзеру он показался надорванным переживаниями: ссутулился, густые его усы обвисли.

— Мне некуда было больше податься, — ответил Грейвни. — Твид дал мне работу только потому, что я был женат на Джемме. Как еще прикажете калеке без диплома зарабатывать на жизнь? Я остался, потому что был вынужден, и старался как мог избегать Мористона.

— А когда его наградили медалью, сделали командором ордена Британской империи?

— Для меня это ничего не значит. Можно навесить на труса и лжеца побрякушку из металла, он останется тем же, кем был.

Пюнд кивнул, как если бы ожидал услышать именно такой ответ.

— И вот мы добрались до противоречия, образующего суть дела, — заявил сыщик. — Единственный человек в Фоули-Парке, имевший мотив убить Джона Мористона, является также единственным, кто не мог этого сделать. — Он помолчал. — Если только не было другого лица, также имевшего мотив, возможно тот же самый, и поступившего в школу с единственной целью свершить свою месть.

Себастьен Флит осознал, что детектив смотрит прямо на него. Он выпрямился, к щекам его прихлынула кровь.

— Что вы хотите сказать, мистер Пюнд? Я под Сиди-Резегом и близко не был. Мне тогда десять лет исполнилось. Я был слишком юн, чтобы воевать!

— Все правильно, мистер Флит. И тем не менее при нашей встрече вы показались мне слишком квалифицированным преподавателем английского, чтобы работать в подготовительной школе в сельской глуши. Вы окончили Оксфордский университет первым в списке. Вы молоды и талантливы. Зачем вам хоронить себя здесь?

— Я же вам сказал при самой первой встрече — я пишу роман!

— Роман важен для вас. Однако вы прервали работу над ним, чтобы сочинить пьесу .

— Меня попросили. Каждый год один из учителей пишет пьесу, которую педагоги показывают на сцене. Такова здешняя традиция.

— И кто же вас попросил?

Флит замялся, словно не желая отвечать.

— Это был мистер Грейвни, — выдавил он.

Пюнд кивнул, и Фрейзер понял, что сыщик мог не задавать этого вопроса. Он заранее все знал.

— Вы посвятили «Гость приходит ночью» памяти своего отца, — продолжил Пюнд. — По вашим словам, он недавно скончался?

— Год назад.

— Однако когда я был в вашей комнате, мне показалось странным, что у вас нет свежих фотографий отца. В день вашего поступления в Оксфорд вас провожала мать. Отца там не было. Как и на церемонии выпуска.

— Он болел.

— Его давно нет в живых, мистер Флит. Неужели вы полагали, будто мне сложно выяснить, что сержант Майкл Флит, служивший в Шестидесятом полку Королевской артиллерии, погиб двадцать первого ноября тысяча девятьсот сорок первого года? Станете ли вы утверждать, что этот человек не ваш отец и что вы оказались в этой школе по чистому стечению обстоятельств? Вы с мистером Грейвни повстречались в офисе Почетной артиллерийской роты в Лондоне. Он пригласил вас в Фоули-Парк. У вас обоих был серьезный повод ненавидеть Джона Мористона. Один и тот же повод.

Ни Флит, ни Грейвни не проронили ни слова, и нарушить тишину пришлось сестре-хозяйке.

— Вы утверждаете, что они сделали это вместе? — требовательно спросила она.

— Я утверждаю, что эти двое написали, поставили и замыслили «Гость приходит ночью» с исключительной целью совершить убийство. Они решили отомстить за случившееся под Сиди-Резегом. Я полагаю, что идея принадлежала мистеру Грейвни, а мистер Флит осуществил ее.

— Вы несете чепуху, — прошипел Флит. — Пока тот неизвестный бежал через зал, я находился на сцене. На виду у всех.