Трудно описать, что я чувствовала, потому что эмоции вихрем кружились у меня в голове, и я не знала, как быть. Проживая в Орфорде, я постоянно встречалась с Мелиссой, но даже подумать не могла, что их брак дал трещину. Они всегда казались такой любящей парой. Все произошло очень быстро. Вскоре Алан сообщил мне, что Мелисса и Фредди съехали и их дом выставлен на продажу. Никакие юристы к бракоразводному процессу подключаться не будут. Супруги полюбовно договорились все поделить пополам.

Откровенно говоря, мне было довольно трудно смириться с этой новой стороной его жизни. У меня никогда не было проблем с гомосексуалистами. Один мой сотрудник был открытый гей, и мы с ним прекрасно ладили. Но тут речь шла о моем брате, человеке, очень близком мне, и теперь вдруг мне приходится рассматривать его в совершенно ином свете. Да, вы вправе сказать, что он во многом переменился. Ему исполнилось пятьдесят, он богатый и успешный автор. Алан сделался более замкнут, резок, стал отцом ребенка, публичной фигурой. И геем. С чего придавать этому последнему факту какое-то особое значение? Но ответ на этот вопрос отчасти заключался в том, что его партнер был очень молод. Ничего не имею против Джеймса Тейлора. На самом деле он мне нравится. Я никогда не считала его охотником за деньгами или вроде того, хотя и пришла в ужас, когда Алан упомянул, что раньше Джеймс работал мальчиком по вызову . Мне просто трудно было видеть, как они ходят вдвоем, иногда за руки держатся или еще что. Я ничего не говорила. Ведь в наши дни осуждать не полагается. Просто мне было не по себе, вот и все.

Но отдалились мы с братом не по этой причине. Я выполняла для Алана жутко много работы. Иногда она не ограничивалась только книгами. Я помогала ему с письмами от поклонников. Иногда за неделю приходило больше десятка писем, и, хотя ответ был стандартный, кто-то должен был управляться с почтой. Я занималась с возвратом налогов, особенно с формами двойного обложения, чтобы брату не пришлось платить дважды. Частенько он отправлял меня купить канцтовары или заправить картриджи. Я присматривала за Фредди. Короче говоря, я работала секретарем, офис-менеджером, бухгалтером и нянькой, и все это будучи занята на полную ставку в Ипсуиче. Я ничуть не возражала, но как-то раз предположила, отчасти в шутку, что неплохо было бы мне заплатить. Алан пришел в ярость. Это был единственный раз, когда он всерьез разозлился на меня. Он напомнил, что помог купить мне дом, — хотя, как выяснилось, это был скорее заем, чем подарок. По его словам, он думал, что я сама рада помочь, и будь это не так, то и просить бы меня не стал. Я сразу взяла свои слова обратно, но было поздно. Алан больше не обращался ко мне за помощью, а в скором времени приобрел Эбби-Грейндж и уехал из Орфорда.

Он ни слова не сказал мне о своей болезни. Вы даже не представляете, как это меня потрясло. Но закончу тем, с чего начала. Алан был бойцом всю свою жизнь. Подчас благодаря этому качеству он казался трудным в общении и агрессивным, но не думаю, что он был таким на самом деле. Брат просто знал, чего хочет, и не позволял сбить себя с пути. Превыше всего он был писателем. Творчество означало для него все. Неужели вы всерьез допускаете, что он мог дописать роман и покончить с собой, даже не увидев его напечатанным? Это немыслимо! Это попросту был бы не тот Алан Конвей, какого я знала.

[24] По шкале Фаренгейта. То есть около 10 градусов по шкале Цельсия.

Церковь Святого Михаила

У меня создалось впечатление, что Клэр сделала свои выводы, исходя из ошибочных соображений. Она резонно верила, что Алан не совершал самоубийства. Но добралась до этого умозаключения запутанным путем.

«Он непременно позвонил бы мне, прежде чем решиться на такой шаг». Вот с чего все начиналось. Это был основной ее довод. К заключению она попробовала лечь на другой курс: «Неужели вы всерьез допускаете, что он мог дописать роман и покончить с собой, даже не увидев его напечатанным?» Это два совершенно разных аргумента, и рассматривать их следует по отдельности.

Алан был не из тех, кто прощает обиды. Когда Клэр попросила платить ей за работу, брат с сестрой сильно поссорились, и что бы она ни думала, я сильно сомневаюсь, что между ними на самом деле сохранилась былая близость. К примеру, хотя он и сообщил Клэр о расставании с Мелиссой, очевидно, что она не была в курсе его отношений с Джеймсом Тейлором: о них ей предстояло узнать из газет. Не исключено, что, став геем, Алан оставил позади старую жизнь, словно выбросил ненужный костюм, и, как ни печально, это включало Клэр. Раз он предпочел не делиться с сестрой проблемами своей сексуальной принадлежности, то мог и не обсуждать вопрос суицида.