– Эй, замарашка! – раздался громкий крик. – Живо сюда!

– Меня зовут в зал, – занервничала Эмми и убежала.

– Она не такая красивая, как в книге написано, – разочарованно заметила Куки. – В сказке прямо расхвалили: волосы золотые, вьются! Глаза как блюдца! Стройная, как веточка. А на самом деле толстенькая, совсем обычная болонка, только грязная.

– Нет, нет, – раздался тонкий голос, – эта замарашка прислуга, вам нужны девочки-красавицы. Вот они!

– Приказано привезти во дворец ту, которая сумеет надеть хрустальную туфлю, – ответил слуга принца. – Эй, хозяин, скажи, кто она?

– Дочь моя от первой жены, которая удрала невесть куда, – произнес кто-то басом. – Звать замарашку Эмми. Ей вчера Фея подарила наряд и туфли эти, карету из тыквы сделала. Да толку! Вернулась домой грязнуля без экипажа, в своем старом платье.

– Она! – обрадовался один стражник. – Пошли.

Куки бросилась к кухонному окну, Мафи ринулась за ней. Мопсиха и пагль глянули во двор, увидели, как из дома вышли стражники, они повели Золушку к карете.

– Горло чешется, – пробормотала пагль, – прямо словно там мышь сидит и царапается.

– Замолчи, – велела сестре Куки, – лучше порадуйся за Золушку. Закончились ее беды.

– Или наоборот, только начались, – возразила Мафи. – Слышишь?

– Топот копыт? – уточнила Куки. – Конечно! Эмми же в карете увозят.

– Нет, – прошептала Мафи, – вроде кто-то плачет.

– Тебе кажется, – отмахнулась Куки.

– Эй, – снова раздался грубый голос.

Мафи и Куки, не сговариваясь, опрометью кинулись к сундуку, влезть внутрь они не успели, поэтому просто забились за ларь.

– Выходи, страшилище, – велел не пойми кто, – начинай уборку. Мы с доченьками поедем в магазин за украшениями, а ты полы помой, пироги испеки, белье постирай, погладь, ужин приготовь, постели нам поменяй, подушки взбей. Вернемся через два часа. Если лениться станешь, на ночь в подвале запру. Поняла? Чего молчишь?

– Да, – тихо прозвучало в ответ.

Послышались тяжелые шаги, затем снова прозвучал все тот же голосок:

– Вылезайте.

Мафи высунулась из-за сундука и увидела худенькую болонку в рваной одежде.

Лицо ее оказалось испачкано сажей, светлые волосы висели сосульками, пахло от собаки рыбой, но на ее милой мордочке сияли огромные глаза с густыми ресницами.

– Фу, – поморщилась Куки, – ты когда-нибудь моешься?

– Очень редко, – честно ответила незнакомка, – жаль, нельзя окунуться в речке, где я белье полоскаю.

– Тебе запретили мыться? – чуть не заплакала от жалости Мафи.

– Можно в речке поплескаться, когда никто не видит, – высказалась Куки, – если хочешь освежиться, найдешь возможность осуществить желание. Главное, захотеть.

<p>Глава 6. Хрустальная туфелька</p>

– В реке живет Змей Горыныч, – объяснила замарашка, – он вмиг меня схватит, утащит в свою пещеру, заставит на себя работать. В доме мне тоже не нравится, но тут я хотя бы иногда могу во двор выйти. А у Горыныча вечно придется взаперти сидеть.

– Не ври-ка, – засмеялась Куки, – вы из разных сказок. В «Золушке» никто про Змея не слышал.

– Так это в книгах, – пояснила болонка, – в жизни иначе. Горыныча в области «Иван Царевич» хотели убить, а он живо к нам в «Золушку» удрал. Здесь на него никто не охотится, и злодей совсем распустился. Жену себе ищет.

– Ты кто? – догадалась спросить Мафи и услышала:

– Золушка.

– Дубль два, – хихикнула Куки, – только что одну увезли, и появилась вторая.

– Я единственная, – возразила замарашка, – стражники уехали с Мартиной, дочкой Вероники. А вы откуда?

– Из Прекрасной Долины, – ответила Мафи.

– Никогда про такую область не слышала, – заморгала Золушка, – нет подобной страны.

– Если ты о чем-то не слышала, это не означает, что оно не существует, – возразила Мафи.

– Она врет, – зашипела Куки. – Собачка, которая во дворец уехала, тоже грязная. Только испачкаться любая способна. Но на ее лапку обулась крохотная хрустальная туфелька.

– Нет, – возразила собеседница.

Потом она открыла нижнюю часть печи, которая примыкала к стене, порылась в золе, вытащила два черных маленьких предмета, положила их в таз, стоявший на столе, налила в него воды из ведра. Затем опустила в таз грязные лапки, побултыхала ими и вытащила…

– Какая красота! – обомлела Мафи, а Куки замерла, она даже моргать перестала.

– Хрустальные туфельки, – прошептала Золушка, – вот они, настоящие!

– А у стражников какая обувь имелась? Почему Мартина вся в саже? Что она на кухне делала? – начала сыпать вопросами Куки.

– Эй! Золушка! – прогремел бас.

Болонка показала на сундук:

– Туда! Скорей!

Мафи и Куки запрыгнули внутрь, Золушка живо захлопнула крышку.

– Бездельничаешь? – поинтересовался кто-то невидимый.

Куки осторожно приподняла крышку. В кухне стоял толстый мохнатый пес, он продолжал громко возмущаться:

– Почему ничего не делаешь?

– Папенька, – начала Золушка.

– Я тебе больше не отец, – сообщил кобель не пойми какой породы. – Скоро я стану зятем самого принца, который сразу после смерти короля на трон сядет. Приказываю звать меня господин Пьер.

– Наш повелитель еще не старый и на здоровье не жалуется, – возразила дочь.